Хозяйка дома Бхатия - Суджата Масси Страница 20

Составив тарелки на облупленном деревянном кухонном столе, Первин спросила:

— А вы уже успели познакомиться с соседями?

— Некоторые со мной здороваются. Супруги, которые живут наверху, пригласили меня на чай. А что?

Он стоял сзади и так близко, что Первин чувствовала на шее его дыхание. Она повернулась к Колину лицом и сказала:

— Дама, которая только что нас видела. Это она пригласила вас на чай? – Колин кивнул, и Первин добавила: – Упомяните между делом, что в понедельник утром к вам приходила деловая знакомая, принесла кое-какие бумаги. А вы в благодарность угостили ее завтраком.

— Вы предлагаете мне… солгать? – На лице его отразилось неудовольствие.

Первин покачала головой:

— Это перестанет быть ложью, если я оставлю вам документ, который вытащу из портфеля, не так ли? Кстати, я представляю законные интересы Азиатского общества.

— Ах да. Удачное совпадение. Но при этом вы прекрасно знаете, что в Бомбей я переехал ради вас.

— Не спросив моего согласия! – выпалила Первин.

Наконец Колин шагнул в сторону и позволил ей выйти из крошечной кухоньки. Первин прошла в гостиную, остановилась у высоких окон – ставни были закрыты, скрывая их от чужих глаз.

— Я тебя очень прошу, давай закончим этот разговор, – попросил Колин, подходя ближе. – Хотя я и понимаю, что расстроил тебя.

Первин сосредоточила все внимание на маленькой рептилии, которая грелась на подоконнике. Золотистое тельце и лапы были испещрены черными квадратиками. Первин негромко произнесла:

— Какое изумительное создание. Видимо, из семейства гекконов – видите, у нее глаза без век?

— На латыни она называется Hemidactylus gracilis. – В голосе Колина слышалось почтение. – Я таких видел в Сатапуре. Мне особенно нравятся ее лапки – заметила, какие они перепончатые?

Как будто бы услышав похвалу, ящерица повернула головку и посмотрела на них огромными черными глазами с белыми полосками.

— Посмотри, какие восхитительные глаза! – прибавила Первин. – Нам с тобой обоим нужно смотреть в оба. Я прекрасно понимаю, что, придя сюда без предупреждения, создаю прецедент.

— Прецедент чего? Моего счастья? – Колин взял ее руку, пальцы их переплелись. Первин представила себе, как снаружи на деревьях переплетаются лианы, образуют сложный союз, который многим представляется вредоносным. – До свидания, геккончик, – произнес Колин, когда рептилия уползла. Он искоса посмотрел на Первин и добавил: – Раздельное проживание с супругом тебе присудил суд в Калькутте.

— Да. – Почему он вспомнил о том, про что она ему сказала год назад?

Сощурив карие глаза, Колин негромко спросил:

— А ты не думала о том, чтобы открыть дело о разводе в семейном суде Бомбея? Вот уже почти четыре года, как вы живете врозь. Здесь всё куда либеральнее. Возможно, ты выиграешь дело.

— Парсийский закон о браке и разводе действует на территории всей Индии, – максимально безличным и профессиональным тоном произнесла Первин. – Я не могу требовать развода, потому что не могу доказать, что мой муж повинен и в жестоком обращении, и в супружеской измене. Существует единственный способ расторгнуть мой брак с Сайрусом Содаваллой: если он сам обвинит меня в измене – но в этом случае будет погублена репутация моей семьи.

— Понятно, – задумчиво произнес Колин. – Остается надеяться, что когда-нибудь закон изменят.