Хозяйка дома Бхатия - Суджата Масси Страница 53

— Договор я пока не составила, потому что познакомилась с клиенткой прямо в участке. Она получила ожоги, с которыми, по моим понятиям, опасно находиться в заключении.

Джамшеджи вгляделся в лицо дочери.

— Рассказывай подробно.

— Ее зовут Сунанда Чавда. Несколько лет назад приехала из деревушки рядом с Бхаручем. Двадцать лет, работает айей у Парвеша и Умы Бхатия. Парвеш – сын сэра Дварканатха Бхатия, владельца компании по обработке камня.

Лицо Джамшеджи смягчилось.

— А, ну так бы сразу и сказала. То есть гонорар за Сунанду заплатят Бхатия?

Первин набрала полную грудь воздуха и ответила:

— Думаю, что они обязаны это сделать. Она спасла жизнь внука сэра Дварканатха. Помнишь, я на днях вам с мамой про это рассказывала? Она получила ожоги, потому что героически…

— Да, припоминаю, – оборвал дочь Джамшеджи. – Расскажи, в чем Сунанду обвиняют.

— В аборте. – Брови Джамшеджи поползли вверх, и Первин заторопилась с пояснениями: – Некий Арвинд Викас Томар подал жалобу, где сообщил, что якобы слышал, как Сунанда говорила кому-то, что сделала аборт. На основании этого недоказанного обвинения полиция Кальбадеви получила ордер на ее арест.

Джамшеджи заговорил не сразу, но голос его звучал спокойнее, чем Первин ожидала.

— Сунанду обвиняют в том, что она сделала кому-то аборт?

Первин покачала головой:

— Ее обвиняют в действиях, которые якобы привели к прерыванию ее собственной беременности. Я с ней откровенно поговорила, она сказала, что пила некий чай, изготовленный из трав, растущих в саду у Бхатия. Чай приготовила и подала Ошади, домоправительница Бхатия. Сунанде сказали, что чай помогает регулировать цикл. Еще она мне сказала, что у нее нет возлюбленного – ее оскорблял каждый из подобных вопросов.

— А обвинитель считает, что чай мог вызвать выкидыш? – спросил Джамшеджи, погружая ложку в лаган-ну.

— Так написано в официальном обвинении, – кивнула Первин. – По словам обвинителя, чай этот Сунанде предложила почтенная даи по имени Ошади. Но Ума Бхатия представила нам Ошади как семейную домоправительницу. А никакую не повитуху.

— В заявлении есть показания Ошади по этому поводу? – спросил Джамшеджи, положив в рот еще одну ложку лаган-ну.

Первин взяла свой блокнот с заметками.

— Этого не упомянуто.

— Согласно статье 328 Индийского уголовного кодекса Ошади может быть привлечена за соучастие. Знаешь, почему?

— Ой, сейчас. Дай подумать… – Первин попыталась вспомнить формулировку статьи. – Склонение к принятию яда или иного одурманивающего, отравляющего или вредного для здоровья препарата с намерением причинить ущерб здоровью или совершить преступление карается наказанием вплоть до десяти лет тюремного заключения.

— У тебя отличная память. Да, аборт – неподсудное правонарушение, но за него могут дать срок до трех лет. Так что нужно обязательно доказать, что Сунанда выпила этот чай, чтобы ускорить начало менструации, а это не запрещено законом. Будем также надеяться, что обвинителю не удастся найти человека, который объявит, что вступал с Сунандой в связь, потому что в этом случае вероятность аборта окажется выше, чем вероятность попытки упорядочить цикл. – Вытерев салфеткой рот, Джамшеджи спросил: – А в заявлении указана дата, когда Сунанда пила чай?

— Нет. Но по словам самой Сунанды, это было двадцать седьмого мая – двенадцать дней назад. – Первин обвела дату ручкой.