Малинур. Часть 1 - Андрей Савин Страница 60

Птолемей заметил возлюбленную, что стояла со своей служанкой в стороне, и когда царь закончил речь, сразу направился к ней. Уже приблизившись к девушке, он смутился от её заплаканного лица, растерянности и порывистых движений, словно она кого-то потеряла в расходящейся толпе и теперь отчаянно пытается найти.

— Таис! Почему ты в слезах? – Мужчина появился так неожиданно, что она аж вздрогнула.

Лицо сразу преобразилось, и с неподдельной радостью она прилюдно бросилась ему на шею:

— Мой милый Птолемей! Я ждала, когда Александр закончит, чтобы подойти к тебе, но ты исчез среди людей. – Глаза Таис блестели, а слёзы полились ещё щедрее, мелкими бриллиантами переливаясь в лучах яркого утреннего солнца.

Он, как всегда, зарделся румянцем и, понимая очевидность своего смущения, попытался скрыть его за шуткой:

— Ну, если слёзы из-за этого пустяка, то я… – Мужчина осёкся, не зная от волнения, как закончить свою мысль.

Таис, улыбаясь, смотрела в глаза. Шутки не получилось, но плакать она перестала.

— … то ты должен знать, уходя завтра в бой за своим царём, что тебя в Ойкумене будет ждать девушка. – Она потупила взор, сама вдруг впервые ощутив смущение перед мужчиной, но, быстро справившись, подняла глаза и как-то по-детски добавила: – Ты придёшь сегодня ко мне?

Птолемей глубоко задышал, а цвет его щёк из розового стал нежно-малиновым. Собравшись, не своим – высоким голосом начальник личной охраны царя ответил:

— Я буду сразу после вечерней смены караулов. Надеюсь, сегодняшним закатом полюбоваться мы успеем вместе. – Мужчина весь сиял лицом и скрыть свои переживания уже не мог.

Почти до обеда Таис провела время в смятении: поймёт ли правильно её Птолемей? Ведь приглашение его к себе – не только веление девичьей души и давно томящейся страсти, но и расчёт её острого ума. Не посчитает ли он рассказ и мольбы гетеры – любовницы царя и его же ближайшего друга – за истинную причину её внезапной приязни и сегодняшней женской покорности? Не сочтёт ли он её поступок предательством и жалкой манипуляцией своими чувствами? Он ведь с юности искренне в неё влюблён, но и Таис его считает не просто другом. Однако редкие, но всё же пылкие свидания с Александром не позволяли чувствам девушки раскрыться. Как гетере, ей был с лихвой отмерен дар обольщения мужчин, и силу женских чар она разумно контролировала. Поэтому горящую свечу своей любви разжечь в пылающий костёр страсти не спешила и с Птолемеем вела себя спокойно, старалась поводов ему для сердечных откровений не давать. Хотя и чувствовала: он видит её приязнь и учащённое дыхание при встречах. Она ещё тогда, в Афинах, заметила, что из всех мужчин лишь Птолемей своей открытой добротой, спокойствием, разумным жизненным подходом способен приручить её, и покориться воле этой она готова была сразу. Но и решила сразу, тоже чётко: он слишком дорог ей, чтобы делить себя меж ним и Александром. Ввиду чего приглашение его сегодня в свой дом априори означало конец её любовной связи с царём. Это был серьёзный выбор, и то, что он совпал с духовным распутьем, являлось благим знаком. Подумав так, она отбросила сомнения и поспешила приготовить дом к визиту сердечного друга.

Когда человек идёт своим путём, все силы мира по веленью Бога помогают ему, и она ещё не знала, что этим утром видела царя Александра Великого в последний раз.