Михаил Врубель. Победитель демона - Дмитрий Овсянников Страница 77

— Михаил Александрович, – ответила госпожа Прахова. Теперь она снова была с ним исключительно на «вы» и обращалась по имени и отчеству, точно при первом знакомстве. – Когда вы бросаете у нас ненужные вам, незаконченные наброски или дарите мне какую-нибудь маленькую работу, я могу принять ее от вас на память. А эта «Восточная сказка» – слишком серьезная, вполне законченная вещь.

Врубель напряженно слушал.

— Покажите ее Ивану Николычу. (Эмилия имела в виду Терещенко, того самого, что послужил прообразом для Ивана Грозного.) Он охотно купит ее для своего собрания.

— Так… вы не хотите? – воскликнул художник.

Он выглядел удивленным или растерянным – каким угодно, только не сердитым (сердитого Врубеля не мог вспомнить ни один киевлянин). Но его руки и сейчас действовали будто сами собой.

В мгновение ока Врубель разорвал акварель на несколько частей, уронил их на пол и удалился с самым понурым видом, ни с кем не попрощавшись.

На следующий день Врубель вернулся к Праховым – такой же понурый, как и накануне, в день внезапной вспышки.

— Я пришел попросить прощения за вчерашнюю резкость, – только и сказал художник.

Мир был восстановлен. Честно сказать, он и не нарушался – у Праховых уже привыкли к тому, что Врубель временами ведет себя странно. Что бы ни думал сам Врубель, Праховы признавали и уважали его талант, и всегда старались уберечь те работы, которые сам художник готов был оставить совершенно бездумно и даже уничтожить. Так и в этот раз, Врубелю возвратили обрывки «Восточной сказки» – по счастью, он не изорвал акварель в мелкие клочья, – заручившись обещанием восстановить ее.

Обещание Врубель исполнил в точности – он соединил обрывки «Восточной сказки», наклеив ее на картон. На тот самый картон, на котором уже был написан Иван Грозный!

— Слава богу, хоть налепил с обратной стороны! – вздохнул Адриан Викторович. Ему уже в который раз пришлось удивляться поступкам Врубеля – он впервые видел, чтобы художник разбрасывался своими творениями, точно осеннее дерево листьями. – Мог бы и на самое изображение налепить, с него бы сталось! Ну что за человек, скажите на милость!