Малинур. Часть 1 - Андрей Савин Страница 89

Выслушав своего зама по разведке, начальник отряда чуть было уже не схватился за телефон, чтобы разнести комендантов, но Кузнецов успел его остановить:

— Подождите, нужно хорошо подумать сначала. Мы не знаем, кто вообще составил эти схемы и, главное, откуда у душманов столь детальная и секретная информация.

Полковник побагровел и явственно почувствовал скрип закачавшегося под ним командирского кресла. Он пошире растянул ворот рубашки и закурил.

— Разбираться в подобных вопросах должна военная контрразведка. Если мы не доложим, нам хана. Доложим – хана вдвойне. Что делать будем, Сергей Васильевич? Тебе-то что – ты добыл информацию. Мудак, конечно, что агентура не сработала. Зарубят орден, да и всё. А меня распнут прямо там, – полковник кивнул в окно, где напротив штаба у парковки монументально реяло бетонное красное знамя с ликами «святой троицы» – Ленина, Маркса, Энгельса – и надписью: «КПСС – ум, честь и совесть нашей эпохи». – И это если предательства и пособничества не найдут. В противном случае… даже думать не хочу. Кто там ходил, куда ходил – это же кирдык полный! – Полковник стоял у настенной карты отряда и смотрел на участок 13-й заставы. Участок 1-й заставы уже скрыл многослойный табачный дым. – Сергей, ты уверен, что Вахид мёртв?

Кузнецов протянул фото. Полковник брезгливо сморщился и отпрянул:

— Ёпт. Бошку-то зачем?

— Уверен. Двое из банды Наби Фаруха опознали его сразу.

Начальник сел за стул, устало растёр ладонью лицо.

— Значит, о схемах мы знаем вдвоём?

— Ну, кроме Галлямова ещё… надеюсь, да, – ответил разведчик.

Отпустить Джабраила, он же Богач, санкционировал лично командующий, так как Кузнецов доложил о его непричастности к бандформированию. Разумно осознавая, что задержание гражданина Пакистана, причём вероятно не совсем простого, – это уже вопрос политики, генерал-полковник приказал вернуть его к месту засады, и: «Пусть валит куда хочет». О том, что он мчался за украденными бумагами, не знал никто. А про схемы, так хитро ему подкинутые, тем более. Сергей правильно просчитал Джабраила: тот обыскал оставленное тело и нашёл их. Теперь оставалось ждать, кто пойдёт этими маршрутами, и не ошибиться со своими силами: опасность пособничества кого-то из пограничников была высока.

— Я предлагаю на пару недель организовать оперативное прикрытие маршрутов силами и средствами отряда, не привлекая возможностей комендатур. В районе, обозначенном на схеме как «Намат Гата», здесь, – он ткнул карандашом в карту, где были развалины крепости рядом с кишлаком Зонг, – и здесь, на плато, где на схеме указано «Карон». Что эти надписи означают, неясно, но, судя по всему, так обозначены места ожидания, сбора или встречи кого-то; одним словом, конечная точка маршрута, где уже относительно безопасно для нарушителей границы.

— А ты сам был там? Смотрел, что в этих районах примечательного? – уточнил начальник отряда.

— На плато, где «Карон», был. Специально поднимался. Ничего особенного. Открытая возвышенность площадью где-то с квадратный километр. Не очень ровная, с мелкими холмиками. А возле Зонга – руины крепости Каахка. В самой крепости не был, но Галлямов осматривал. Местные боятся там появляться – говорят, она проклята и является обиталищем сафед гинек – по-нашему, белой женщины. Демон очередной, одним словом. Вход охраняет ещё одна парочка горных духов: Вайда и Вуйда, те вообще человечиной питаются. Галлямову повезло, его не съели, но место показалось ему действительно странным, жутковатым даже. Говорит, ощущение такое, что под землёй живёт кто-то. Грунт местами взрыхлённый или перекопанный, а следов сверху на земле нет.