Самая милая пара - Мэри Кубика Страница 115

Ребенок не выжил. Так он сказал, холодно, без эмоций. Вырвал у меня пакет и ушел.

Я так и не разглядела толком, что было внутри.

И теперь не знаю, верить ему или нет.

Была ли это кровь ребенка, как он сказал?

Или кровь Джейка?

Я не выходила из класса весь день, боясь столкнуться в коридоре с Лили или Райаном.

Не ела.

Не решалась даже выйти в туалет.

— Миссис Хейз! – окликает меня кто-то.

В дальнем ряду поднимается рука.

— Миссис Хейз, к вам пришли. Это доктор Сандерс.

В классе воцаряется тишина.

Я слежу за взглядами учеников и вижу за стеклянной дверью лицо директора школы. Он отступает, опускает руку.

Он смотрит на меня и отводит взгляд.

Кто-то роняет учебник – я вздрагиваю.

Перевожу взгляд с доктора Сандерса на упавшую книгу.

— Простите, – бормочет ученица, поднимая ее.

Я киваю.

И в этот момент случается нечто зловещее, почти апокалиптическое.

За окном туча закрывает солнце, и в классе становится темнее, будто кто-то приглушил свет.

Ученики замолкают, увидев доктора Сандерса.

Он приходит, когда у кого-то серьезные проблемы – не просто курение в туалете, а что-то, что грозит отчислением.

Ребята переглядываются, гадая, за кем он пришел на этот раз.

Но в глубине души я знаю.

Он пришел за мной.

— Извините, – выдыхаю я.

Прохожу от доски к двери.

Доктор Сандерс поднимает голову и сочувственно улыбается.

Я открываю дверь.

— Нина, – говорит он. – Простите, что прерываю.

— Все в порядке, доктор Сандерс? – спрашиваю я, выходя в коридор и прикрывая за собой дверь.

Он не всегда бывает мягким. Обычно – холодный и отстраненный, как и полагается директору.

Но сейчас он кладет руку мне на плечо, смотрит в глаза и говорит тихо, успокаивающе:

— В моем кабинете вас ждет человек, Нина. Идите. Я позабочусь о вашем классе.

— Но…

— Не беспокойтесь. Все будет в порядке. Просто идите.

Я киваю.

Иду по коридору, как осужденная на казнь, хотя конвоира рядом нет.

Некого умолять о помиловании.

Коридоры пусты.

За закрытыми дверьми тишина, будто время остановилось, будто я одна во всей вселенной.

В кабинете меня ожидают офицер Бун и еще один полицейский в форме. Он держит фуражку в руках.

— Миссис Хейз. Пожалуйста. Сядьте.

За моей спиной кто-то с другой стороны медленно закрывает дверь.

Поворачиваюсь, но уже слишком поздно. Я не вижу, как закрывается дверь, но слышу щелчок замка.

Для меня заранее выдвинули стул. Он стоит в центре кабинета и повернут к Буну.

— Нет, спасибо, – говорю я, как будто если не сяду, то смогу каким-то образом избежать дальнейшего. – Я постою.

Офицер Бун не ходит вокруг да около и не прибегает к эвфемизмам. Он говорит все как есть. Мои худшие опасения подтверждаются. Джейк, по его словам, мертв.

— Мы нашли тело несколько дней назад, и медицинская экспертиза только что подтвердила, что это ваш муж, Джейк. Мне очень жаль, миссис Хейз.

Я сама чувствую себя мертвой, окаменевшей. Пожалуй, лучше сесть. Медленно опускаюсь на стул, сжимаю пальцами подлокотники.

— С вами все в порядке, миссис Хейз? Могу я принести вам что-нибудь? Воды?

— Нет. Когда вы его нашли? – спрашиваю я, и он отвечает. – Почему вы не сказали мне раньше?

— В таких случаях мы должны быть абсолютно уверены в точном опознании, прежде чем сообщать семье. Как вы понимаете, мы не можем допустить ошибку.