Загадка королевского гобелена - Адриен Гётц Страница 2

Нет, она уверена, именно этот романский фасад, от которого бегут мурашки по коже, вызывает у нее смутную, но ощутимую тревогу. Она допивает кофе и заказывает еще чашку. Нужно признать, кофе здесь хороший, настоящий итальянский кофе; зря умаляют достоинства нашей провинции! Пенелопа берет себя в руки. Выдвинутые доводы можно разбить на три части, как в сочинении на конкурс музейщиков-хранителей: гипотеза, контраргументы и малоубедительные выводы. Требуется доказать, что ее вторая жизнь продолжится в Париже. Достаточно вернуться туда, чтобы вновь стать другой, – а впрочем, здесь о ней почти ничего не знают. Это новое существование – ее шанс. Первая работа, контракт на три года. Она могла бы снять домик на берегу моря. В деревне Сен-Ком. Попалось заманчивое объявление в газете. Десять минут езды до центра города. Утром открываешь ставни и видишь волны, это излечивает от любой хвори.

Байё, возможно, не раскроется ей в первый же день. Придется присмотреться, объехать окрестности, подышать свежим воздухом. Этот журналист из «Возрождения» все понял. «Возрождение», прекрасное название, звучит как доброе предзнаменование. Ее собственное «возрождение Бессена» – гении, которых ей вскоре предстоит открыть, ее Леонардо, Микеланджело, Рафаэль… Она вырывает страницу со статьей и кладет в новенький бумажник – вчерашний подарок Вандрия, в день ее отъезда, но, по сути, уже далекое прошлое – дороманская эпоха, смутные времена, тьма веков, что скрывается за камнями. Она подождет, пока Вандрий приедет навестить ее, и тогда они вдвоем рука об руку войдут в собор Байё.

* * *

Пенелопа перечитывает статью еще раз:

В МУЗЕЙ ГОБЕЛЕНА[4] БАЙЁ НАЗНАЧЕН НОВЫЙ ХРАНИТЕЛЬ

Гобелену повезло. Предначертанное судьбой имя[5]. Пенелопа Брёй, недавняя выпускница факультета сохранения культурного наследия, прибыла сегодня в наш город. Всего несколько часов назад она стала жительницей Байё и присоединяется к команде Центра Вильгельма Завоевателя. Молодая женщина, которой нет еще тридцати, не скрывает своей радости. Она сразу же заявила, что счастлива получить первую работу в музее с мировой репутацией. Объектом ее забот станет «комикс» XI века, иллюстрирующий хорошо известный рассказ о завоевании Англии. Для специалистки по истории Древнего Египта, чьи интересы переместились затем в более узкую область – историю коптов, историю христианского Египта после фараонов, – открывается возможность расширить круг своих исследований. Доскональное знание древних тканей весьма пригодится новому хранителю нашего Гобелена.

В обязанности этой живой, дружелюбной, полной энергии современной молодой женщины в джинсах и кроссовках также входит прием иностранных посетителей. Прекрасно известная жителям Байё, преданная делу главная хранительница Соланж Фюльжанс, которая уже три десятка лет вершит судьбу музея, очень рада этому удачному назначению, совпавшему с завершением важной программы реновации музейного пространства, расположенного в бывшей семинарии и принимающего ежегодно тысячи туристов со всех пяти континентов.

Пенелопа внимательно рассматривает свою фотографию. В двадцать девять лет уже намечается второй подбородок, куча веснушек, уродливые очки, почти бифокальные. Лучше мне сразу покончить с собой, не ждать же, пока станешь старой девой и в итоге засунешь голову в духовку и откроешь газ. Представляю себе заметку в газете: «Молодая хранительница найдена мертвой у себя дома. Никто даже не обеспокоился ее недельным отсутствием до тех пор, пока секретарь Музея Гобелена Байё, удивляясь…»