Стеклянный угорь - Дж. Дж. Фиртел Страница 20

В течение всего срока экс-губернатора Сонхо играл также роль посредника, собирая десять процентов общей выручки от промысла и передавая их Бердвеллу, за что тот блокировал все без исключения ограничения на ловлю. Он дважды накладывал вето на учет с помощью электронных карт. Заставлять рыбаков учитывать и регистрировать улов на картах – чрезмерный контроль государства в чистом виде. Плохо для бизнеса. Еще он сократил финансирование надзорных органов, следивших за соблюдением квот, под предлогом борьбы за эффективность и экономию средств налогоплательщиков.

Когда Бердвелл проиграл на выборах, Сонхо испытал смешанные чувства. Поборы прекратились, однако новая администрация сильно урезала квоты, а с ними упали и прибыли «Бандо». Это ударило по доходам Сонхо, но экс-губернатор лишился своей доли полностью. Сонхо понимал, к чему клонит гость.

— Мы долго и успешно работали вместе, – начал Бердвелл. – Наша договоренность устраивала всех: вас, меня, вашу компанию и рыбаков. Стоит ли отказываться от всего этого из-за каких-то жалких выборов?

— Не понимаю, – нахмурился его собеседник.

— Новая губернатор считает себя защитницей природы, что плохо для вас, к тому же, как вы сказали, она вся из себя принципиальная и отказывается от взносов в избирательный фонд. Однако не вижу причин, почему бы мне не получать их по-прежнему. Рано или поздно я планирую вернуть себе должность, да и теперь сохраняю влияние в политических кругах. А переизбранный губернатор Бердвелл будет полезен «Бандо».

— Давайте вернемся к этому разговору, когда вы начнете избирательную кампанию, – предложил Сонхо. – Платежи бывшему губернатору обосновать я не смогу.

— Конечно нет! Вы будете платить мне как консультанту.

— И что же это будут за консультации?

— По борьбе за отмену нормативов, разумеется. Кроме того, я могу посоветовать, как сделать так, чтобы бывший губернатор, – он церемонно указал на себя, – не сообщил в «Бандо» о тех платежах, которые вы делали.

— А, понимаю. – Сонхо отпил «Мокси» и скривился. – У вас диверсификация: вместо простого взяточничества – взятки и шантаж.

— «Взятки», «шантаж» – серьезные слова, мой друг. Очень серьезные. Я говорю о платных консалтинговых услугах, чтобы все было в порядке, когда придет время. А до тех пор я позабочусь о том, чтобы у вас не возникло никаких неприятностей на родине.

— Губернатор Бердвелл, моя компания уже в курсе нашей договоренности и, хотя никогда не признает этого публично, дала мне негласное одобрение – кажется, так это называется. У вас есть такое одобрение окружного прокурора? Я слышал, что американская правоохранительная система – очень глубокая черная дыра, если в нее упадешь.

— Не стоит так нервничать, сэр. – Экс-губернатор покраснел и начал сдавать назад. – Это чисто теоретический разговор.

— Я не собираюсь платить деньги ни за что и не потерплю угроз.

— Боже упаси. Прошу прощения, вы, видимо, неправильно меня поняли. Я просто хочу предложить возможность продолжить сотрудничество с уважаемым экс-губернатором одного из самых популярных штатов – Мэна, славной родины Эй-Би Уайта. Кроме того, есть еще одна тема, в которой я мог бы быть полезен.

Сонхо поднял брови.

— Мы оба знаем, что много, очень много мальков угря добывается, как говорится, независимыми рыбаками.