Ловушка для сверчков - Владимир Медведев Страница 27

Она неодобрительно поджала губы. Я предложил:

— Есть простой выход – дайте нам транспорт, мы проедемся по городу, осмотрим достопримечательности, посетим музеи и пообедаем в ресторане. А если в городе есть театр, то вечером сходим на спектакль. Заодно и перекусим в буфете.

— Абсолютно исключено! – для большей строгости Хратов даже встал во весь свой небольшой рост. – Никто не покинет территорию. Захар Матвеевич может без предупреждения прибыть в любую минуту. Такое уже случалось. Вам необходимо ждать здесь.

— Помилуйте, это же целый день безделья! – воскликнул я. – Кто такое выдержит?

— Может, пусть прогуляются по парку… – нерешительно предложила Марта Рудольфовна.

— Не уверен… – Хратов, казалось, задумался. – Как-то не очень…

— А по-моему, очень даже очень, – уже решительнее проговорила Марта Рудольфовна. – Почему бы и нет? Во-первых, организованно, все вместе. А во-вторых, они там ничего не сломают.

Вынужден был вновь им напомнить:

— Мы говорим не о детях, а о взрослых людях.

— Послушайте, мы не рассчитывали, что они задержатся здесь надолго, – резко сказал Хратов. – Недопустимо, чтоб посторонние разбрелись по замку и производили беспорядок. Необходимо сосредоточить всех в одном месте.

Мне представились маленькие актеры, сосредоточенные, как он выразился, ну, скажем, в каком-нибудь казарменном каземате…

Я осведомился:

— А газовой камеры у вас, часом, не найдется?!

— Что за глупый вопрос! – холодно отозвалась Марта Рудольфовна. – Какое это имеет отношение к делу? Да, готовим на газу. И что?

— Господин режиссер непонятно почему имел в виду концлагерь, – объяснил Хратов совершенно серьезно.

Домоправительница пожала плечами:

— Так что решим, Герман Велорович?

— Пусть кто-нибудь сводит их на экскурсию по поместью. Ну и, пожалуй, можно пустить их в кинозал.

— Нет, – отрезала Марта Рудольфовна, – туда я больше никого не пущу.

— Логично, – согласился Хратов. – Пусть смотрят телевизор в комнатах для гостей.

Он взял со стола телефон и набрал номер.

— Хратов… Тут у нас артисты ожидают Захара Матвеевича… Да, те самые, что прибыли ночью… Надо, чтоб кто-нибудь показал им поместье… Да, что-то вроде экскурсии… Значит, на время снимите с поста… Все равно, кто именно. Есть у вас такой массовик-затейник… Да, да, наверное, он самый… Вот ему и поручите… Их руководитель будет ждать его в приемной… Как это где?! В при-ем-ной…

Он положил телефон и обратился ко мне:

— Вами сейчас займутся. Еще что-нибудь?

Я вышел в пустую приемную и сел на антикварный диван. Меня начало подташнивать от сгущенной роскоши. В глаза назойливо лезли завитки и завитушки из всех пород драгоценного дерева, мрамора, алебастра и еще невесть чего, неразличимого под позолотой. Душа тосковала по простому и естественному – «Икее», ДСП, фанере, пластику и ламинату.

Вошел человек в черной агрессивного вида униформе. Охранник. Он шагал, расставив ноги и держа руки наотлет, обремененный перекачанной в тренажерном зале мускулатурой. Брутальность его облика подкреплялась бритым черепом и микроскопической бородкой, напоминающей арбузную косточку, налипшую под самой нижней губой. Это неаппетитное пятнышко выражало одновременно плебейскую претензию на экстравагантность и скрытую угрозу. Человек с такой бородкой способен на что угодно.