Остров Спящей Женщины - Артуро Перес-Реверте Страница 44

— Ну, штурман, воспользуемся случаем… – предложил Хордан. – Боевая тревога!

Грек дунул в свисток и подкрепил свист голосом. Все, кто был на палубе, с удивлением уставились на мостик. Зингер и его помощник были уже на месте, впередсмотрящий Сами Мароун спустился с «бочки» и присоединился к своему кузену Фариду у «Эрликона», который еще не был установлен. Хордан в переговорную трубу приказал машинисту поднять ход до тридцати узлов. Потом, снимая крышку с торпедного аппарата, начал отдавать приказания помощнику, который дублировал их рулевому:

— Пятнадцать вправо. Так держать… Десять влево. Хорошо, штурман. Так держать.

Катер, точно внезапно брошенный вперед могучей рукой, слегка задрал нос, вздымая буруны с обоих боков. От рева трех двигателей, работавших почти на максимальных оборотах, дрожала палуба, а выхлопные трубы рокотали с приглушенной мощью, как подобает отлично отлаженному сильному механизму. Хордан не видел такого с тех пор, как стажировался в Германии, и сейчас с наслаждением узнавал знакомое будоражащее ощущение власти над этой неимоверной силой. Капитан на борту – первый после Бога, вспомнилось ему.

— Вправо пять. Так держать.

Ветер, поднявшийся от высокой скорости, трепал на Хордане одежду. Он снял фуражку, чтобы не сорвало, приставил к глазам бинокль. В перекрестье визира с поразительной отчетливостью – о эта цейссовская оптика! – возник и по мере приближения стал вырастать каик. Полторы тысячи метров. Он был меньше торгового судна, и учебные пуски будут продолжаться всю ночь, но это хорошо для сноровки. Они повторят атаки десятки раз, прежде чем атакуют взаправду.

Покручивая маховики настройки, Хордан вычислял курс и скорость цели, чтобы наметить траекторию воображаемой торпеды. До каика оставалась тысяча метров, когда он метнул быстрый взгляд на Зингера и увидел, что голландец и его помощник удвоили внимание. На мостике, прильнув к раструбу переговорной трубы, сообщавшей команды рулевому, Элеонас всматривался в цель так напряженно и сосредоточенно, словно катер действовал в бою. Хордан вскинул левый кулак. Восемьсот метров. Катер, казалось, летел над синей водой, взъерошенной легкой зыбью. Пятьсот метров. Каик заполнил весь визир. Хордан опустил руку, отвел бинокль и взглянул туда, где на правом борту Зингер изобразил, что двинул рычаг пуска торпеды.

— Право руля, штурман. Уходим.

Элеонас отдал команду, рулевой круто переложил штурвал вправо, и катер, накренясь в противоположную сторону, развернулся и стал удаляться от каика. Хордан перевел дух.

— Отлично справились. Так держать. Обороты сбавить до восьмисот.

— Мы его потопили, капетанье? – с улыбкой спросил грек, и Хордан улыбнулся в ответ:

— Я бы ответил утвердительно.

Зингер у торпедного аппарата удовлетворенно показал большой палец. Катер, снизив скорость, описал почти правильную окружность и вновь оказался рядом с «Каризией». От внимания Хордана не укрылась антенна беспроволочного телеграфа, шедшая от рубки к верхушке мачты. Шесть моряков стояли у сетей и донных снастей, разглядывая катер. Среди них Хордан узнал и шкипера, некогда доставившего его с «Акамаса» на остров.

Он приказал идти параллельным курсом по правому борту на расстоянии голосовой связи. Сам же, закрывая крышкой торпедный аппарат, не расслышал, что там кричал ему шкипер, а потому спросил Элеонаса: