Дети волков - Вера Бук Страница 49

— Итак, – сказал он, меняя тему. – Что в доме стоит починить в первую очередь? Похоже, дел тут много.

— Да, – с облегчением поддержала я, – ванная, кухня, сломанные жалюзи… В общем, можете сами выбрать, с чего начать.

— Тогда начнем прямо отсюда. Кажется, ванной, в отличие от кухни, вы еще можете пользоваться. Это что, ваш ужин? – Он указал на стаканчик йогурта, который одиноко стоял на столешнице. Видимо, нож он убрал. То ли ради своей, то ли ради моей безопасности.

— Плита сломана, – сказала я. – Но я не думаю, что вы сможете ее починить. Я уже вызвала ремонтную службу…

— Да ладно. – Он отмахнулся от моих слов и закатал рукава. – Это же газовая плита, а не космический корабль. Наверняка форсунка засорилась или горелки забились жиром.

Следующие два часа я провела у Мартина Хофера за спиной, пока он возился с плитой, опустившись на колени. Пока он стоял в ванной, ремонтируя душевую лейку. Когда он забирался на стул, чтобы проверить розетки потолочных светильников. Я старалась быть полезной, но по большей части моя помощь ограничивалась поддержкой стула или подачей инструмента. Работы было много, поэтому я успела рассмотреть спину Господина Хофера и мускулистые руки, сильные не от тренировок в зале, а от настоящей физической работы.

— Ну вот и все. – Он слез со стула, подошел к выключателю в спальне и пощелкал им пару раз. Лампа вспыхнула и погасла, вторя его движениям. Хофер в тот момент казался мне гораздо моложе. Гордый, как ребенок, которому удался фокус. – Что ж, и с этим разобрались.

— Спасибо, – сказала я, – Только вы не могли бы в следующий раз, когда будете что-то ремонтировать, делать вид, что это сложно? А то я чувствую себя последней дурой.

Мы рассмеялись. Приятно было посмеяться с кем-то, пусть и не над анекдотами.

— Договорились, – кивнул он. – Что дальше? Кстати, вы можете больше не держать спинку стула. Без меня он вполне устойчивый.

— Вот об этом я и говорю!

— Вам нечего стыдиться. Вы же никогда раньше не ремонтировали газовую плиту или старые розетки.

— Да, вы правы. На самом деле, я даже не помню, когда в последний раз готовила на газовой плите. Во всех моих прошлых квартирах были электрические плиты. А в последней вообще индукционная.

— Беда, – воскликнул он, и я не смогла понять, серьезно он говорил или с иронией. – Может, мне показать вам, как готовили в старые времена?

— Только если останетесь на ужин. – Я видела, что он колебался. – Да ладно вам, это меньшее, что я могу для вас сделать!

Он засмеялся.

— Точнее, вы хотели сказать, что это меньшее, что я мог бы сделать для вас. Все-таки готовить буду я. Да и потом, я еще не все отремонтировал. Вы говорили про жалюзи…

— Хватит! Я не позволю вам всю ночь ремонтировать мою квартиру после отработанной смены. И потом, должен же хоть кто-то помочь мне с опустошением бесконечных банок, которые мне передала мама. Она была абсолютно уверена, что в горах кроме пельменей и квашеной капусты не бывает ничего вкусного.

— И вы с ней согласны?

— Я не знаю. Мне кажется, вам лучше знать. Все-таки последние три недели я питалась йогуртами и бананами.

— И апельсиновым соком, – добавил он.

— И апельсиновым соком, – подтвердила я. – К слову, не хотите ли выпить?

Я открыла бутылку вина. Мартин Хофер принялся за готовку с той же непринужденностью, с какой ремонтировал душевую лейку. Из маминых банок ничего не осталось, только пачка макарон, которую Хофер нашел в кладовке. Он закатал рукава еще выше и помешивал макароны в кастрюле, пока мы готовили соус, импровизируя с имеющимися у меня ингредиентами. От вина ноги стали заплетаться, но голове стало легко. Я смеялась больше обычного, громче и искреннее. Но меня это не беспокоило. Мне нравилось, что сегодня я не одна, что не придется есть в одиночестве и что тепло и запахи на кухне впервые заставили меня почувствовать себя как дома. Дом всегда кажется холодным, пока в нем что-нибудь не приготовишь.