Черный ворон - Энн Кливз Страница 72

— Чем могу помочь?

— Мы допускаем связь между убийством Кэтрин и исчезновением Катрионы Брюс, – сказал Перес. – Опрашиваем всех мужчин, живущих в районе Рейвенсвика. Сам понимаешь, надо проверить все варианты.

— Конечно.

— Можешь рассказать, что помнишь о Катрионе?

— Сейчас, спустя столько лет, почти ничего. Тогда же это было настоящим ужасом. Жуткий шок! У нас уже была Салли, правда совсем маленькая, и я не мог представить, что переживают Брюсы. Казалось, такое невозможно забыть. Все только об этом и говорили.

Перес удивился его словоохотливости. Он не знал Генри близко, но Алекс никогда не был разговорчивым. В компании болтала в основном Маргарет. Разговориться он мог только об островной фауне.

— И что же говорили?

— Что ее убил Магнус. Его отец умер, осталась только мать. Именно старая Мэри и занималась фермой. Когда она умерла, ей было за восемьдесят. Маленькая, но крепкая как бык. Грозная. Магнус делал всю работу, но только то, что она велит. И она никому не позволяла сказать о нем дурного слова. Помню, однажды у их дома собралась толпа – требовали, чтобы Магнус сознался и сказал, где тело девочки. Старуха вышла на крыльцо и закричала: «Мой Магнус – хороший мальчик! Он никого не тронул!» Люди восхищались ее преданностью, но это не помогло. Все равно считали его виновным.

— А ты? Что думал ты?

— Мне сложно иметь твердое мнение без доказательств. Я все-таки ученый. Я не видел улик для обвинения. Если бы он убил ее – в порыве ярости или, скорее, случайно, – то признался бы. Не похож он на лжеца. Но и другого объяснения у меня нет.

— Катриона бывала у вас дома?

— Иногда. Мы дружили с ее родителями. Не то чтобы ходили друг к другу каждый день – мы с Маргарет не из таких. Но по праздникам. Они приходили к нам на Рождество, а мы к ним – в канун Нового года. Брали Салли, укладывали ее спать наверху, а потом уносили домой спящей. Ты же знаешь, как это бывает.

«О да, – подумал Перес. – Знаю. Так будет и у меня на Фэр-Айле? Все распланировано на годы вперед?»

— Какие они были, ее родители?

— Тихие. Добрые. Кеннет мечтал работать на земле, как и его отец. Но не смог вынести исчезновения Катрионы. Они продали дом и землю по отдельности и уехали на юг.

— Без проблем? Никто не подозревал родителей?

— Никогда. Конечно, сейчас, когда видишь по телевизору отцов пропавших детей, думаешь: «А не притворяется ли он?» Мы разучились доверять. Но с Кеннетом и Сандрой – нет, даже мысли такой не возникало.

— У них были другие дети?

Перес, конечно, знал ответ – перечитал дело вдоль и поперек. Но рассказ Алекса давал куда больше, чем сухие показания свидетелей.

— Мальчик, Брайан. На два года младше Катрионы. Маргарет учила их обоих.

— А ты где был в тот день, Алекс? Когда пропала Катриона?

— Работал здесь, готовил документы для комитета по застройке. Домой не заезжал. На следующий день у меня было совещание в Киркуолле, так что я сразу поехал в Самборо – на самолет. Узнал о пропаже девочки только вечером, когда позвонил Маргарет. Она сказала, что все ищут Катриону. Я был уверен, что найдут – либо мертвой у подножия Вороньего мыса, либо живой, испуганную, но целую. Не думал, что она просто исчезнет.

— А если ее унесло приливом? Скажем, если она упала с утеса? – впервые вступил в разговор Тейлор.