Не верь никому - Джим Чайковски Страница 78

29

08:38 по центральноевропейскому времени

Мо, Франция

«Где мы?»

Дункан потянулся, вылезая из фургона вместе с остальными. За зимними садами виднелся фасад большого французского поместья. Многовековое здание, обрамленное двумя остроконечными башнями, возвышалось арками и богато украшенными железными балюстрадами, поднимаясь к крытой шифером и заросшей мхом крыше.

«Что это за место?»

Проведя в дороге несколько часов, они прибыли в живописную коммуну Мо. Городок расположился у извилистого русла реки Марны. Большой собор Сент-Этьен возвышался над ним причудливым готическим шпилем. Проехав мимо него, фургон покатил вдоль зеленой реки, берега которой были застроены как современными, так и старинными зданиями. В конце пути машина въехала на холм к огороженному стеной поместью на сельской окраине коммуны.

— Добро пожаловать в Шато-Барбье, – сказал Лоран и, захватив большой черный дипломат, повел их по гравийной подъездной дорожке к крыльцу замка. – Дом был построен в тысяча шестьсот десятом году, хотя часть его сожгли во время Французской революции, а потом восстановили в тысяча восемьсот сорок четвертом.

— Почему вы привезли нас сюда? – спросила Шерин.

— Я сам из этих мест, хотя мало кто об этом знает, и это одна из причин, почему мы приехали именно сюда.

Поторапливаемая Лораном, группа прошла через ворота. Замок, хотя и старый, выглядел ухоженным. Сады, обрамленные кустами и кирпичными клумбами. Старая липовая роща вокруг спокойного изумрудного пруда, отражающего затянутое облаками небо.

— Эта усадьба принадлежала когда-то вашей семье? – спросил Тэг.

Лоран нахмурился:

— Нет. Никогда. Шато принадлежит Барбье с момента постройки и по сей день.

Наоми пристально посмотрела на него:

— В таком случае что же связывает вас с ней?

— Моих предков привезли во Францию из Сенегала в середине восемнадцатого века. Как рабов. Барбье купили нас, а столетие спустя освободили.

Дункан с ужасом уставился на него:

— И это связывает вас с этим местом?

— Да, так получилось. Мои предки жили здесь. Хотя к нам, конечно, не относились как к кровным родственникам, но нас уважали и о нас неплохо заботились. Обеспечивали работой, оплачивали образование. Они делали все возможное в условиях того времени. Мой предок Малик, в честь которого меня назвали, помогал тушить пожар во время Террора, борясь с пламенем вместе с хозяином дома, Жераром Барбье, чтобы спасти поместье.

— И вы посчитали, что этого достаточно, чтобы привезти нас сюда? – усмехнулся Арчи.

— Как я уже сказал, это лишь одна из причин.

— И какая же другая? – нетерпеливо спросил Дункан.

— Дело в том, что Жерар Барбье был внучатым племянником графини д'Адемар.

Шерин с любопытством посмотрела на француза:

— Той женщины, которой сам Сен-Жермен доверил книгу?

— Той самой. Именно графиня передала книгу своему внучатому племяннику, выдающемуся ученому своего времени, владевшему обширной и богатой библиотекой.

Дункан перевел взгляд на каменный фасад:

— Тогда этот дом…

— Дом Второго Хранителя, – кивнул Лоран.

Дункан снова посмотрел на него, но теперь уже по-новому:

— И таким образом ваша семья стала первыми Хранителями?

— Да. С самого начала. Вообще-то именно мой великий предок Малик назвал группу Хранителями.

Дверь дома открылась, и из него выбежали две собаки – каждая весом едва ли не в половину Дункана, – встретившие незваных гостей громким лаем. Гладкая коричневая шерсть и морщинистые и приплюснутые морды придавали им некоторое сходство с боксерами, но Дункан, часто бывавший на охоте в лесах и на болотах, узнал в них французских охотничьих собак, бордоских догов.