Пять масок тьмы - Евгений Фронтикович Гаглоев Страница 107

Глава 34. Куклы в камине

Индийский профессор Кади Блоншер, о котором говорил сенсей Канто, жил в старинном двухэтажном особняке на восточной окраине Санкт-Эринбурга. Канто позвонил Лестратову в десять утра и сообщил, что профессор готов его принять.

Гордей планировал съездить к Блоншеру в обеденный перерыв, но так и не смог вырваться. В Историческом музее готовили новую экспозицию, кроме того, надо было присматривать за толпой студентов-практикантов, которые регулярно трепали ему нервы и доставляли немало проблем. Отправиться к именитому профессору получилось только после окончания рабочего дня.

Лестратов оставил машину на большой огороженной стоянке через дорогу от особняка профессора, спрятал меч под плащ и только после этого поднялся на растрескавшееся крыльцо и нажал кнопку звонка. Ему открыл смуглый черноволосый мужчина с угольно-черными глазами. У него были высоко закатаны рукава, а руки и длинный кожаный фартук заляпаны свежей кровью. Вытирая руки грязным полотенцем, мужчина вопросительно уставился на Гордея.

— Господи… – от неожиданности не сдержался Лестратов. Железистый запах ударил в ноздри, и он чуть было не выхватил меч.

Человек смущенно улыбнулся.

— Простите, не ждали гостей, – проговорил он с легким акцентом. – Я разделываю баранью тушу на кухне, поэтому в таком виде. Что вам угодно?

— Добрый вечер, – немного успокоившись, произнес Гордей. – Профессор Блоншер?

Мужчина невозмутимо покачал головой.

— Му́кеш, его помощник, – представился он. – Господин Блоншер ждет вас?

— Моя фамилия Лестратов. Его предупреждали о моем визите. Я хочу получить консультацию по одному интересующему меня делу.

— О, мы ожидали вас сегодня утром.

— Простите, не смог прибыть вовремя, – ответил Гордей, разглядывая пятна на фартуке Мукеша. От запаха по спине побежали мурашки, а волосы на затылке начали вставать дыбом. К счастью, Мукеш этого не заметил.

— Вам повезло, что профессор никуда не ушел. Входите, я вас провожу.

Он направился к узкой лестнице, ведущей на второй этаж особняка. Гордею пришлось самому закрыть входную дверь.

Странно, но дом производил впечатление нежилого. Или же Мукеш совсем не утруждал себя уборкой. В просторной гостиной был полумрак из-за плотно задернутых штор, но Гордей все же разглядел толстый слой пыли, покрывающий все горизонтальные поверхности. С люстры клочьями свисала паутина. Но сенсей Канто предупреждал, что Кади Блоншер все время переезжает с места на место, скрываясь от кого-то. Возможно, поэтому здесь царил беспорядок. К чему убираться, если скоро все равно съезжать? Двери, ведущие на кухню, были распахнуты, и оттуда лился тусклый голубой свет. Ступени узкой деревянной лестницы покрывала потертая ковровая дорожка. Ее середина была тщательно подметена, но по краям лежали валики пыли.