Пять масок тьмы - Евгений Фронтикович Гаглоев Страница 108

Поднявшись на второй этаж, Мукеш, по-прежнему вытирая руки окровавленной тряпицей, повел Гордея по длинному мрачному коридору с облупившимися стенами. Здесь все выглядело не лучше, чем внизу. Наконец они остановились перед высокой дверью из темного дерева, и Мукеш громко постучал.

— Профессор, к вам господин Лестратов.

— Ну наконец-то, – недовольно донеслось изнутри. – А то я уже собирался уходить.

Мукеш толкнул дверь и посторонился, пропуская Гордея вперед.

— Я вас оставлю. Мне нужно готовить ужин, – сообщил он и направился обратно к лестнице.

А Лестратов вошел в комнату, искренне надеясь, что готовит Мукеш лучше, чем убирается.

Профессор Кади Блоншер оказался невысоким, коротконогим, пузатым стариком в домашнем халате из бордового бархата. Его смуглое лицо было испещрено следами оспы, в пышных усах, переходящих в бакенбарды, блестела седина.

— Чем могу служить, молодой человек? – спросил Блоншер, настороженно разглядывая Гордея маленькими черными глазками.

— Господин Блоншер, моя фамилия Лестратов. Меня к вам направил Канто.

— О, да-да! Канто! – закивал индиец. – Он действительно звонил мне.

В помещении стоял полумрак, пахло пылью и плесенью. Освещение давали лишь несколько настенных светильников да тлеющие угли в камине. Все пространство кабинета было заставлено каменными статуэтками индуистских богов и завалено толстыми старинными книгами. Они лежали стопками на полках стеллажей, на полу, на стульях.

— Так что вас интересует? – спросил Блоншер.

— Мне сказали, вы обладаете обширными познаниями в области черной и белой магии.

— Допустим, – уклончиво ответил старик.

— Меня интересуют колдуны, способные сильно ускорить процесс обращения человека в вурдалака. А также те, кто может умерщвлять людей на расстоянии.

Профессор Блоншер переменился в лице:

— И что, тот, кого вы ищете, может сочетать все эти качества? Тогда он действительно силен. Но как именно на расстоянии? Мне нужны подробности.

— Человек погиб, а затем на его лбу проступило клеймо.

— О, – кивнул Блоншер, опершись на край рабочего стола. – Об этом вам мог бы рассказать любой сведущий человек. Похоже, речь о практиках вуду и некоторых других темных искусств. Опытный черный маг, чтобы добиться покорности, берет у человека волосы, обрезки ногтей, кровь и создает тотем. Чаще всего это тряпичная или восковая кукла, в которую вшиты все эти частицы. С этого момента человек становится рабом колдуна. Если куклу уничтожить, раб умрет. Но давненько я не слышал ни о чем подобном. Всегда считал, что эти приемы остались в прошлом.

— Кто-то использует их до сих пор. Я видел нечто подобное буквально этой ночью, – ответил Лестратов.

— Как необычно…

— Вы знаете таких специалистов в нашем городе? – спросил Гордей. – Канто говорил, что у вас очень обширный круг знакомств. Может быть, назовете мне парочку имен?

— Ну что ж, давайте посмотрим…

Профессор Блоншер вразвалочку подошел к ближайшему книжному шкафу, открыл стеклянную дверцу и достал с нижней полки потрепанный толстый блокнот в черном кожаном переплете. Затем начал медленно перелистывать его страницы, тихо бормоча себе под нос что-то неразборчивое.

Гордей тем временем разглядывал кабинет профессора.

Книги, в беспорядке разложенные по кабинету, в основном были посвящены оккультизму. Со своего места Лестратов смог разглядеть несколько древних справочников по каббалистическим символам, пару-тройку довольно редких брошюр про амулеты и обереги. На каминной полке стояли потемневшие от времени книги, названия которых говорили сами за себя: «Ритуалы очищения», «Вуду как оно есть», «Поднятие мертвых: дар или проклятие». Гордей неплохо разбирался в подобной литературе и понимал, что некоторые из этих книг чрезвычайно редкие и дорогие. Такое богатое собрание он видел только в доме Александра Васильевича Тихомирова, хотя тот и не был колдуном.