Хенкан. Последний эксперимент - Мария Дубинина,Сора Наумова Страница 14

Их переглядывания, похоже, затянулись, потому что Дэвис вертелся на стуле, пытаясь привлечь к себе внимание.

— Так все-таки, имя или фамилия?

— Фамилия.

— Значит, Сората – это имя, – продемонстрировал Дэвис чудеса памяти. – Надо подложить дров в камин, иначе Сората замерзнет.

Становилось все сложнее делать, непонимающий безмятежный вид.

Дэвис подложил дров в камин, и пламя разгорелось ярче, заполняя комнату уютным потрескиванием. Должно было стать теплее, но Сората продолжал мерзнуть. Только бы не заболеть, не доставить Генри новых трудностей.

— Вы мало едите, – Эскиль махнул рукой, обводя стол. – В здешнем климате нужно больше есть, чтобы не замерзнуть.

Сорате кусок в горло не лез, поэтому он больше налегал на чай – густой, мутный, пахнущий травами. От него становилось теплее внутри.

— Мы сейчас сможем посмотреть снегоход? – спросил Генри.

— Разумеется, – ответил Дэвис. – Вижу, вам не терпится продолжить путь, Генри?

То, с какой легкостью он называл чужих людей по именам, не нравилось Сорате, и дело не в менталитете и другом воспитании. Словно таким образом Дэвис вторгался в личное пространство, причем с заметным удовольствием.

— Верно. У нас еще много дел… в других местах. Нам давно пора было вернуться домой.

— Домой, – повторил Дэвис задумчиво. – Это в Англию или в Японию?

— Дом не обязательно должен находиться в одном месте.

— А вы интересный человек, Генри, – усмехнулся Дэвис. – Что ж, тогда не будем тянуть.

Он поднялся из-за стола, и вместе с ним это сделали Фрэд и Кристоф. Юный Габриэль вскочил, готовый помочь, даже не зная толком, с чем. Сората тоже вышел из-за стола, но когда Генри позвал его, покачал головой.

— Идите без меня.

— Все в порядке?

— Да, в порядке. На улице слишком холодно, да и я едва ли сильно вам пригожусь.

Генри подошел ближе и, чуть наклонившись, тихо сказал:

— Тогда иди в комнату и не высовывайся, ладно? Я постараюсь вернуться быстро и с хорошими новостями.

— Буду ждать, – улыбнулся Сората и, как только мужчины пошли одеваться, отступил к лестнице. Промелькнувшая там женская фигура успела исчезнуть, но даже секунды хватило, чтобы понять – это не хозяйка. Другая женщина с длинными распущенными волосами. Значит, Сорате не приснилось и он не начал сходить с ума от переохлаждения. Убедившись, что за столом остался только массивный ленивый Эскиль, Сората быстро поднялся по крутой лестнице. Второй этаж состоял из прямого коридора с низким потолком и одинаковыми дверьми по обеим сторонам. Спрятаться можно было только в одной из комнат, или…

Половицы отчаянно скрипели, когда он шел к последней двери, заколоченной досками крест-накрест. Накануне Сората не обратил на нее внимания, но сейчас что-то буквально влекло его к ней.

Доски оказались прибиты не до конца, и гвозди легко вынимались из косяка. Сората аккуратно опустил обе доски и толкнул дверь. В лицо дохнуло горячим воздухом, запахом сена и еще чем-то, неуловимо неприятным. Так могла бы пахнуть очень давно забытая в коробке еда. Сората поежился, но вошел и прикрыл за собой дверь. За ней начинались грубо сбитые деревянные ступени, и Сората натянул рукава на ладони, чтобы не схватить занозу. Вероятно, над ним был чердак, потому что в итоге голова уперлась в люк, и Сората, откинув тяжелую крышку, выглянул из него.