Отражение тени - Алексей Белый Страница 32

— Здравствуй, Моисей, – сказала я после того, как он перестал выть от боли.

— Кто вы? – стоя на коленях и держась за кровоточащий живот, спросил Моисей.

— Я ангел, который уведет тебя из этого мира, но за освобождение тебе нужно будет заплатить! – улыбаясь, произнесла я.

— Ангел, убей Лину Гюмак! – заплакал Моисей, с надеждой на безумном лице смотря на меня.

— Прости ее, она раскаялась, и раскаялась искренне, – держа лезвие перед его глазами, произнесла я.

— Я не могу ее простить, не хочу прощать! – закричал он.

Я воткнула лезвие ему в плечо, пробив насквозь.

— Где девушки? – спросила я и ткнула острым лезвием ему в лоб. Рана получилась глубокая, кровь растекалась по всему лицу.

— Я их всех убил из-за нее, чтобы показать, какая она гадкая! – закричал он.

Лезвием я проткнула его второе плечо.

— Тварь! Где они?! – закричала я и срезала острым лезвием ухо с его головы.

Моисей попытался встать, но тут же проткнул себе мышцу на грудной клетке, наткнувшись на острое лезвие.

— Где девочки? – спросила я и срезала ему второе ухо.

— В садовом товариществе «Восточный», – ответил он, задыхаясь от боли.

— Номер участка? – задала я вопрос и полоснула по его левой щеке. – Номер участка? – повторила я вопрос и разрезала правую щеку.

— Двадцать пять, – с трудом выговорил Моисей, так как его щеки болтались на лице как тряпки.

— Прощай, Моисей Абслер, – прошептала я и воткнула лезвие ему в глаз.

Лезвие было настолько острое, что проткнуло череп практически без усилия. Я взяла с тела поверженного маньяка шарф и вытерла кровь с оружия, после чего подобрала пистолет и, сложив лезвие, надела протез обратно.

Выйдя на улицу, я закурила, рука перестала болеть, а выпить мне захотелось еще сильнее. Вернувшись в квартиру с оперативниками и Семеновым, я налила полный стакан абсента и выпила залпом.

— Семенов, у меня было видение: нам нужно ехать в садовое товарищество «Восточный», участок номер двадцать пять, и вызови туда скорую и реанимацию – для них будет много работы, – сказала я.

Все смотрели на меня как на прокаженную.

— Леди, вы перебухали, что ли? – спросил один из оперативников.

— Я вам дала адрес, хочешь не хочешь, а придется его проверить, – пожала плечами я, чувствуя, что, похоже, реально перебухала.

— Вы оставайтесь здесь, а я поеду посмотрю, – скомандовал Семенов.

— Я могу показать, где это, на навигаторе вы вряд ли найдете участок, – предложил участковый.

— Гала, поехали! – нервным голосом произнес Семенов, когда я запуталась в своей шубе.

Семенов накинул на меня шубу, с которой я так и не справилась, поднял на руки и посадил на переднее сиденье. Участковый сел сзади, и, в спешке буксанув колесами, мы поехали вызволять девочек.

— Скорую! – повторила я.

— Гала, я уже всех вызвал, если там ничего не будет, я могу лишиться погон, – буркнул Виктор.

— Семенов, скоро тебя будет волновать совсем другое, – сказала я, понимая, что сегодня не смогла сделать все незаметно и спалилась по полной программе.

Любой участковый сможет обвинить меня в убийстве Моисея Абслера.

Чтобы заехать в «Восточный», Семенову пришлось уменьшить давление в шинах, иначе даже на такой проходимой машине мы постоянно закапывались бы. Хотя участковый и после этих манипуляций периодически выходил и подкладывал под колеса специальные ленты, которые лежали в багажнике продуманного Семенова.