Волчий ток - Кевин Уэйн Джеттер Страница 47

Ладно. К черту все это. Дут заложил руки за спину и оттолкнулся от мусорного бака. Сейчас надо пойти и сказать Гарзе и всей его гоп-компании гулять лесом. На это его, по крайней мере, хватит.

Девчонка-переросток в берете и дурацких шортах с экрана исчезла. Теперь там пылала какая-то красотка с пышными светлыми волосами и подобием кольчуги на сиськах. Между пением ее красный ротик похотливо приоткрывался, будто в призыве, чтобы ее скорее трахнули.

— Ладно, парни, – перекрывая музон, сказал Дут. – Подъем, вечеринка окончена. Айда на выход. У меня на сегодня куча дел.

— Че? – нехотя выгнул шею Гарза, чтобы видеть стоящего за диваном Дута. – Каких еще дел?

В дом Дут вернулся настолько порывисто, что не придумал больше никаких фраз, кроме первых двух. Он уставился на Гарзу и двоих других давильщиков дивана.

— Да всяких, понимаешь, разных. – Дут развел руками. – Во‐первых, навести тут порядок, и… ну, в общем… – Его голос стих.

Гарза вяло отмахнулся, хлопнув рукой по обивке кресла.

— Ой, чувак, – с напускной сонливостью протянул он. – Не будь таким козлом.

Гарза снова уставился на экранную блондинку.

— Дут, а Дут, – с легким пренебрежением окликнул тот, что на диване. – Ты приторчи хоть немного, ладно? Уборка его, видите ли, волнует… В другой раз свою пыль смахнешь, никуда она не денется.

Рядом подхихикнул его приятель:

— Да, чувак. Можешь хоть одолжить пылесос у моей мамаши, она тоже любительница прибираться.

Оба обидно заржали. Их все-таки было слишком много, чтобы совладать. Тут и одного-то не осилить. Дут поглядел на Гарзу и встретил неподвижный взгляд из-под тяжелых век, похожий на взгляд рептилии, лукаво наблюдающей за тобой краем глаза. Для своей победы Гарзе не нужно было даже шевелиться; просто полеживать, раззявившись как черная дыра, и всасывать в себя вселенную со всем ее содержимым; верх уже одержан.

Вот что означал этот взгляд рептилоида. «Я для него козел» – подумал Дут. Как могло статься, чтобы кто-то, просто подумав так о человеке, уже лепит к нему ярлык?

— А глянь, цыпка-то о‐го-го, – кивнул на телик один из диванщиков.

Дут снова перестал для них существовать, это понятно; но в своих гнилых душонках они до сих пор смаковали, что взяли этого лошка за подбородок.

— Вот она сидит у тебя на лице, да так, что ты типа мог бы натянуть ее на свою башку и расхаживать с ней везде, как с гребаной шляпой. А?

«Блин, где-то мы это уже слышали». По чужим словам как блоха по яйцам. У самого одна извилина, но буровит с таким видом, будто он главный плясун во всей деревне. Дут угрюмо посмотрел на белокурую диву. Ее груди блестели от пота (не иначе как ей всю кольчугу и кожаное тряпье окатили из ведра, пока он не видел). Дым струился над округлостями крутых заголенных бедер. Сейчас она, наверное, смотрит из телика и тоже видит, что Дут козел.

Гарза прищурился, алчно вперившись в экран:

— Да ты че! Я ей весь свой язык вместо тампона отдам, реально!

Он и диванщики все еще глумливо потешались, когда с пола донесся чуть ли не крик:

— Ох епт!

Их приятель на полу был слово поражен священным ужасом. Приподнявшись на локте, он смотрел не на телик, а на сетчатую дверь, дрожащей рукой указывая на яркий утренний мир снаружи.

— Зацените!

Дут отступил на два шага за диван, почти к кухонному проему. Вместе со всеми его голова повернулась от экрана к сетчатой двери. Оттуда сквозь сетку, заглушая хилые басы от телика, доносилось утробное урчание мощного двигателя.