Энигма - РуНикс Страница 91

— Тебе грозит опасность, – прямо заявил он.

— От кого? От «Мортемии»? – спросила Салем, название само сорвалось с губ.

Каз выгнул бровь.

— Что?

Его реакция смутила Салем.

— «Мортемия». Группа для студентов, принадлежащих семьям наследников.

Каз выругался.

— Речь идет не о какой-то идиотской студенческой ассоциации, Салем. Шутки кончились. Тебе грозит опасность. Ты должна отнестись к этому серьезнее и перестать рисковать жизнью.

Салем всегда негативно реагировала на подобный тон, напоминавший ей о тех, кто вечно твердил, чтобы она вела себя прилично для ее же блага.

Она спрыгнула со стола, смахнула с попы пылинки и подошла к Казу. Он уже перестал раскачиваться на стуле и настороженно наблюдал за ней. Упершись одной рукой в столешницу, а другой в спинку его стула, Салем наклонилась и понизила тон.

— Вероятно, у тебя сложилось ошибочное впечатление, будто ты имеешь право решать, что мне делать со своей жизнью, – начала она. – Позволь же внести ясность. Это не так. Если я решу сброситься с утеса, я это сделаю. Если пожелаю прогуляться ранним утром с симпатичным незнакомцем, никто меня не остановит. Если захочу подать заявку на премию, зная, что стану приманкой, так тому и быть. У тебя нет права голоса.

Грудь вздымалась от нахлынувших эмоций, Салем сама удивилась столь мощному потоку слов.

Каз сидел неподвижно, прожигая ее непостижимым взглядом, в котором пылал огонь, лишь скривил губы в своей чертовой ухмылке.

— Попробуй. Попытайся спрыгнуть с утеса, и я тебя перехвачу. Стань приманкой, и я поймаю тебя первым. Рискни провести время с другим мужчиной, и его кровь станет мне краской, а твое тело – холстом.

Внезапно Каз вскинул руки и притянул Салем, заставив упасть боком ему на колени, и пальцами зарылся в ее волосы – движение, которое она уже научилась распознавать и ассоциировать с ним.

— Может, я и не в праве решать за тебя, – заявил Каз, буравя ее взглядом, – но я, черт возьми, не стану стоять в стороне. Пойми это.

Салем гневно уставилась на него, прямо как в начале их противостояния, дрожа от адреналина и чего-то еще.

И вдруг ни с того ни с сего она зевнула, сводя на нет всю свирепость взгляда.

Губы Каза изогнулись, но не в ухмылке, а в усмешке. Он начал перебирать ее пряди теми гипнотическими и убаюкивающими движениями, что усыпляли ее еще на улице. В этот раз они тоже сработали. Салем не понимала, почему ее мозг считал, что засыпать сейчас безопасно, почему посылал эти сигналы телу. Она не хотела засыпать – не так, не с ним, не с тем грузом невысказанных тайн между ними, не с осознанием грядущего.

Но почему-то от нежных повторяющихся движений по ее волосам руки словно налились свинцом, тело потяжелело, веки стали неподъемными.

— Мы еще не закончили, – пробормотала Салем. Они не договорили. Но обязательно закончат разговор. Возможно, после сна. Тело Каза было твердым, но таким удобным. И впадина под ключицей просто прекрасна. Как и ровный ритм сердца под ухом Салем. Так приятно просто отключить мозг и отпустить реальность.

Салем вздремнет, а потом вернется к разговору.

Верно.

Нужно лишь немного вздремнуть.

Но прежде, чем погрузиться в сон, она услышала мягкий низкий голос Каза:

— И никогда не закончим.