Мертвец стучится в двери - Джон Диксон Карр Страница 104

— Да! Его машина стоит в переулке. Должно быть, он приехал некоторое время назад!

За дверью раздался смех.

Чистый, звонкий, уверенный смех молодого человека, привыкшего получать в этом мире все, что захочет. Сам Чедвик, в безупречно сшитом сером фланелевом костюме, неспешно вошел в комнату и окинул всех холодным взглядом.

— Ты права, дорогая, – сказал он Бренде, и она отпрянула. – Я здесь уже довольно давно. А старичок, кто бы он ни был, ошибается. Теперь я знаю почти все.

Чувствуя себя хозяином положения, он спокойно закрыл за собой тяжелую старую дверь таверны. В воздухе повисло эхо XVIII века.

— Могу ли я спросить, – с трудом выдавил доктор Фелл, – что вы намерены делать?

— О, вы можете спросить, – любезно ответил Чедвик, обнажив редкие верхние зубы. – А я могу ответить или нет, как мне вздумается. Но в данном случае лучше сказать. Кэролайн Кент предстанет перед судом. За убийство.

— Но полиция…

— Не пытайтесь блефовать, старый хрыч. – Фрэнк покачал головой. – Возможно, они не хотят ее арестовывать. Но мой папаша имеет здесь большой вес, так что им придется. Если она была настолько глупа, что повелась на мои слова, а потом совсем сдурела и убила кого-то… что ж! Придется ей принять лекарство.

— Молодой человек, неужели вы настолько сильно ненавидите Кэролайн Кент?

— Ненавижу? – переспросил Фрэнк с искренним удивлением. Его обаяние заполнило всю комнату. – Вы меня не так поняли. Я нисколько ее не ненавижу. Она глупая девчонка и слишком легко поддается влиянию. Мне ее даже жаль.

— Тогда зачем вы это делаете?

— Спросите Рутвена, – усмехнулся Фрэнк.

Он взглянул на Марка, потом на Бренду.

— Знаешь, Рутвен, – сказал он, – у меня есть маленький счет к тебе и к нашей дорогой Бренде тоже. Люди не досаждают мне безнаказанно.

— Ты льстишь себе, – ответил Марк.

— Не задирайся, Рутвен. Со мной это не проходит. Когда Кэролайн предстанет перед судом, в зале выльется много грязи. Запачкаешься и ты, и Бренда. Попадет и на ваш старый добрый Куинс-колледж. Что ж, придется стерпеть. Как свидетель, я могу рассказать многое. И что ты собираешься с этим делать?

— Я тебе покажу.

Правая рука Фрэнка метнулась к заднему карману.

— Не пытайся, – посоветовал он. Губы еще улыбались, но глаза сделались холодными и жестокими, как у кошки. Было ясно, что Чедвик не шутит. – У меня тут кое-что в кармане. И есть свидетели, которые подтвердят, что ты напал на меня, если мне придется этим воспользоваться. Ты ведь не любишь пули, а, Рутвен?

— Я…

— Нет, я так и думал, что не любишь. – Фрэнк снисходительно усмехнулся. – Так что вам всем лучше вести себя прилично. И не надо рассказывать, что сделает со мной мой отец. Я знаю, что он сделает. Но оно того стоит, а он в конце концов меня простит. Меня всегда прощают. Спасибо. Это все, что я хотел сказать.

Чедвик скользнул по ним спокойным взглядом, едва заметно вежливо поклонился. Потом он открыл тяжелую дверь, толкнул локтем сетчатую и, ступив на кирпичную дорожку, оглянулся.

И вот тут он вдруг резко остановился и замер. Что-то вроде хриплого выдоха вырвалось из горла.

В двадцати шагах от него, на дуэльной дистанции, стоял Тоби Сондерс.

Чахнущий красный свет, зловещий и словно нездешний, очерчивал силуэты обоих. Но лицо Тоби он не освещал – и это было к лучшему.