Проклятие бронзовой лампы - Джон Диксон Карр Страница 59

— Ни в коей мере не сомневаюсь, сэр. Рискну предположить, что благодаря вам они сделали множество незабываемых фотоснимков.

— Да ладно вам! – отмахнулся Г. М. с напыщенной лжескромностью, что не обманула бы и младенца, и увлеченно подался вперед. – А вот здесь кое-что на самом деле первосортное. Анфас крупным планом. Этот снимок я заказал, когда выдвигался в парламент от Восточного Бристоля. Мысль, видите ли, заключалась в том, чтобы являть собой благородство и суровый аскетизм.

По всей очевидности, желаемый результат был достигнут, поскольку даже Бенсон едва заметно вздрогнул и отшатнулся.

— Что с вами, сынок? Разве этот снимок не выставляет меня в лучшем свете?

Бенсон кашлянул.

— Откровенно говоря, сэр, нет, не выставляет.

— Ага! – воскликнул Г. М. – Слышали, Мастерс?

Воздержавшись от комментариев – должно быть, он не мог вымолвить ни слова, – старший инспектор лишь крепко схватился за шляпу-котелок.

— И почему же вы думаете, что он недостаточно хорош, сынок?

— Что ж, сэр, – снова кашлянул Бенсон, – дело в том, что у вашего лица имеется одна особенность, одна, если позволите так выразиться, же не си куа[1], очень трудно поддающаяся определению. На самом деле я сомневаюсь в возможности достоверного отображения вашего лица на фотографической пластине.

Сэр Генри твердо и пристально посмотрел на него, словно подозревая, что в словах дворецкого кроется некий скрытый смысл, но тактичный Бенсон поспешил внести пояснения:

— В том смысле, сэр, что такая особенность – вовсе не редкость. Вот, смотрите, – движимый очевидным желанием взять беседу под контроль, Бенсон придвинул к собеседнику собственный альбом, – эту фотографию ее светлости сделали больше двенадцати лет назад, и вы, несомненно, обратите внимание…

— Да-да, конечно, но я показывал вам…

— …Что ее светлость, – непреклонно продолжил Бенсон, – конечно, красавица, но совсем, как говорится, не фотогенична. Пожалуй, все дело в цвете и выражении лица. Снимки…

— А это я на фоне комплекса Тадж-Махал!

— …Искажают ее до неузнаваемости. Если соизволите взглянуть на это недавнее фото, сделанное в Каире, где ее светлость позирует рядом с неким мистером Бомоном, то заметите…

— А здесь я изображаю Петра Пустынника в постановке о временах крестовых походов!

Бенсон закрыл глаза.

— Да, сэр. И это подводит нас к следующей мысли насчет получения вашей достоверной фотокарточки. Я хотел бы сослаться, сэр, на вашу очевидную любовь к фотографированию в накладной бороде.

— А что не так? – осведомился Г. М., расправив плечи. – Мне нравятся накладные бороды!

— Вот именно, сэр, – безмятежно улыбнулся Бенсон. – Мне они тоже нравятся. В особенности во время рождественских увеселений.

— И что?

— Но по меньшей мере четыре раза, в том числе в образе Шейлока и Деда Мороза, вы щеголяете в бородах столь буйных, что трудно сказать, где заканчивается означенная растительность и начинается собственно лицо. Не согласитесь ли, что это в некотором роде препятствует достоверности?

— Да, – подтвердил Г. М. – Пожалуй, вы совершенно правы.

— В точности так, сэр. С другой стороны, возьмем его светлость. Например, вот у меня один снимок лорда Северна, и он…

— Погодите, сынок. Как вижу, вы намерены говорить о господской семье, не давая мне вставить ни слова. Ну хорошо, поговорим о семье. У вас тут множество фотографий леди Элен Лоринг. А у меня имеется та, которой нет у вас.