Проклятие бронзовой лампы - Джон Диксон Карр Страница 58

— О чем это ты? – осведомилась Одри.

— Так вот почему Бомон говорил такие странные вещи! И сверлил собеседников взглядом! И с его приходом так изменилась атмосфера! Это современная версия готического романа. Казалось, стоит Бомону щелкнуть пальцами, и женщины запрыгают через цирковой обруч! Одри, нужно рассказать об этом сэру Генри, – спохватился Кит. – Где он?

Снова гром и тихий скрежет колец на карнизах. Эмили продолжала задергивать шторы на длинном ряду окон.

— Если позволите, сэр… – Горничная едва не захихикала. Эту йоркширскую девицу нисколько не тревожили здешние происшествия. – Если вы о тучном джентльмене, то он в комнате дворецкого, пьет чай с мистером Бенсоном. Инспектор полиции находится там же. Они сравнивают альбомы.

Кит и Одри переглянулись.

— Какие еще альбомы?

— С газетными вырезками, сэр.

Любые мысли о том, что тихого и спокойного мистера Бенсона допрашивают по подозрению в убийстве третьей степени, развеялись, как только Кит и Одри в спешке спустились на первый этаж.

Под отзвуки собственных шагов они пересекли главный холл с его двумя комплектами доспехов в сиянии огня, ревущего в обоих каминах, и открыли дверь, обитую зеленым сукном, за которой обнаружился длинный, узкий, затхлый коридор с кокосовым покрытием на полу. Другие двери вели отсюда в служебные помещения – кухню, кладовую, ледник для мясных продуктов и столовую для слуг, – но, даже не знай Кит и Одри, где искать комнату дворецкого, ошибиться было невозможно, поскольку из-за ее приоткрытой двери доносился знакомый голос, басовитый, претенциозный и пропитанный ложной скромностью.

Пренебрежительно кашлянув, сэр Генри объявил:

— А это я, сынок, и снимок вышел не так уж плохо. Его сделали – дайте-ка взглянуть – да-да, после того, как я выиграл автогонку на Гран-при тысяча девятьсот третьего года. Что скажете?

— Исключительно удачное фото автомобиля, сэр.

— Да не на машину смотрите, а на меня!

— Что ж, сэр…

В уютной комнате дворецкого развернулась самая что ни на есть домашняя сцена. По одну сторону стола с до блеска начищенной столешницей, сдвинув в сторону чайную посуду, расположился сэр Генри Мерривейл с громадным томом в кожаном переплете, распухшим от скверно приклеенных газетных вырезок, а напротив сидел Бенсон с примерно таким же томом, но поменьше.

Чуть поодаль стоял старший инспектор Мастерс, доведенный до белого каления столь неторопливым способом ведения дел.

— Послушайте, сэр Генри, – начал Кит, – мы выяснили…

Г. М. лишь поднял голову и наградил новоприбывших настолько злобным взглядом, что ни Кит, ни Одри не сказали больше ни слова, после чего медоточиво обратился к Бенсону.

— А здесь, – указал он на страницу, – я нарекаю линкор при спуске на воду. Кстати, там произошло недоразумение с бутылкой шампанского. Сам не знаю как, но вместо того, чтобы разбиться о корабль, она угодила в черепушку мэра Портсмута, отчего бедолага лишился чувств.

— Неужели, сэр? Надеюсь, обошлось без серьезных последствий?

— О, ничего серьезного. Обычная затрещина. Но согласитесь, на этом снимке он какой-то косоглазый, верно?

— Чрезвычайно косоглазый, сэр.

— А бутылка не разбилась, и поэтому мы воспользовались ею снова. Я вот здесь, слева. Фотожурналисты говорят, что им нравится меня снимать.