Когда мотылек полюбил пчелу - Пеппер Винтерс Страница 123

Девушка поймала мой взгляд – наверное, пыталась понять, что я задумал. Наконец она кивнула и сцепила свои пальцы.

— Руна. Меня зовут Руна.

Я немного подождал – вдруг голова взорвется от хлынувших в нее воспоминаний? Я жаждал увидеть картинку за картинкой… о том, что знаю ее, люблю ее, о нашей совместной жизни.

Но… ничего не произошло.

Ее имя для меня ничего не значило. Просто слово.

Пытаясь скрыть душераздирающее разочарование, я чуть склонил набок голову.

— Руна?

Может, нужно его произнести? И тогда что-то изменится? Хоть что-нибудь.

— Да, – прошептала она. – Я вспомнила прямо перед тем, как очнулась в травяном море.

Руна.

Буквы эти прокатились по моему языку. Проникли глубоко в разум.

Сердце пропустило удар.

— Это слово… это ведь не просто имя. Оно также означает…

— Пчел, – девушка приложила руки к своему голому животу. – Знаю. Именно они и отдали мне мое имя.

— А еще оно означает «тот, кто дарит жизнь», – пробормотал я, пытаясь вспомнить любые подробности. – Пчелы оплодотворяют этот мир. Они дарят жизнь. Без них ничего бы не существовало.

Девушка кивнула чуть ли не в смущении.

— Носить имя, данное в честь пчел, – большая честь, – она перешла на шепот. – Не знаю, почему я зовусь именно так. Не знаю, кто дал мне это имя, но оно мое, в этом я уверена. Пчелы окружили меня. Ужалили. Слились со мной.

Я сощурился, присмотревшись к ее ничем не израненной коже: не видно ни красноты, ни опухолей.

— Тебя не жалили, Руна.

Она вздрогнула – так, словно то, что я назвал ее по имени, что-то для нее значило.

Каково это – когда тот, кто соединяет твое полное забытья настоящее и сокрытое прошлое, называет тебя по имени?

Что я почувствую, когда она назовет мое?

Имя, на которое мне было плевать до этого самого момента… Я вдруг очень захотел, чтобы она назвала его. Очень сильно.

Губы Руны распахнулись. Она подняла руку, провела пальцами по коже в поисках укусов, которые явно чувствовала. Какое-то время она молчала, плечи ее поникли. Похоже, она пыталась понять, что же все-таки произошло на самом деле, а что нет. Резко вздохнув, Руна перевернула ладонь. Опустила руку. Закрыла глаза и сжала губы.

— Что… что ты делаешь? – спросил я, потянувшись к ней.

Меня тут же пронзило болью.

Я обжег пальцы.

Быстро отдернув их, я уставился на небольшой огонек, что сиял над ее ладонью. Огонь, который не принадлежал природе. Несмертный огонь.

Руна напряглась, с удивлением глядя на пламя.

— Огонь сказал, что теперь я смогу призывать его детей. Если транса не было, то как же я получила этот дар? – она сжала пальцы, погасив огонь, – над костяшками поднялся дым. – Почему ты можешь призывать тени, хотя ты вроде бы тоже смертный, как и я?

Я выпрямился и с осторожностью протянул:

— Тени?

Руна скрестила на груди руки.

— Ты призываешь их. Я сама видела. С их помощью ты оттолкнул Актора, когда он… – она замолчала и вздрогнула.

Кожа меж лопаток зачесалась. Врать мне не хотелось, но и ответов у меня не было. Я решил сказать правду, какой бы разочаровывающей и бесполезной она ни была.

— Я не знаю, как это у меня получается. Но ты права… они появляются по моему зову. Так же как на твой отзывается огонь.

— Если ты не знаешь, как именно их призываешь, то каким образом с их помощью дерешься?

— Я не… они просто… ведут себя словно продолжение моего тела.