Кухарка поневоле для лорда-дракона - Юлий Люцифер Страница 137

Он чуть нахмурился.

— За что?

— За то, что впервые за последние дни мне кто-то сказал угрозу нормальным языком.

Марта тихо фыркнула.

Илда едва заметно прикрыла глаза.

А Арден, кажется, на секунду почти усмехнулся.

Почти.

Ненавижу это его почти.

— Значит, меня будут пытаться украсть? — спросила я.

— Или убить, — сухо сказала Илда.

— Боже, как здесь приятно жить.

— А кто обещал приятное? — отозвалась Марта.

— Никто. Но я все равно каждый раз разочаровываюсь.

Арден встал.

Подошел к окну.

Постоял секунду спиной к нам всем.

Потом развернулся.

И по лицу я поняла: да, он уже что-то решил.

Опять.

Конечно.

— Домы должны узнать только часть, — сказал он.

— Какую именно? — спросила Илда.

— Что круг отозвался. Но не чем. И не на ком.

Я вскинула голову.

— Простите?

— Никто снаружи не должен знать, что именно ты активировала чашу.

— То есть вы хотите скрыть главное.

— Да.

— А это, по-вашему, сработает?

— Ненадолго.

— Тогда зачем?

Он посмотрел прямо.

— Чтобы выиграть время.

Я стиснула зубы.

Потому что да.

Опять был прав.

И потому что мне это не нравилось еще сильнее.

— А что скажете внутри дома? — спросила Марта.

— Только то, что уже нельзя скрыть.

— А если не хватит? — тихо спросила Илда.

Арден помолчал.

Потом ответил:

— Тогда я назову вещи своими именами.

Вот после этого стало совсем тихо.

Даже я не сразу поняла, что именно он сказал.

Потом поняла.

И почувствовала, как под ребрами что-то резко сжалось.

Потому что “назвать вещи своими именами” в его исполнении означало не про круг и не про долину.

Про нас.

Окончательно.

Открыто.

И это уже пахло не просто скандалом.

Это пахло расколом.

Илда поняла тоже.

— Ты уверен?

— Нет.

— Но сделаешь.

— Да.

Она долго смотрела.

Потом кивнула.

— Тогда хотя бы делай это до того, как за тебя это скажут другие.

Я резко повернулась к ней.

— Вы сейчас на чьей стороне вообще?

Она посмотрела спокойно.

— На стороне того, что еще можно не дать сгнить полностью.

— Очень вдохновляюще.

— Я не для вдохновения.

— Это у вас семейное, что ли?

— Нет, девочка. Это возраст.

После этого разговор распался на конкретику.

Стража на крыльях.

Смена людей у западного хода.

Ложные маршруты по замку.

Ответ совету домов.

Проверка тех, кто был связан с Рейвеном.

Я слушала, но все это шло как бы поверх.

Потому что главное уже произошло:

дом, который давно все понимал, теперь начал считать вслух.

И в этих расчетах я была не человеком, а центром трещины.

Снова.

Всегда.

Но на этот раз хотя бы при Ардене никто не пытался сделать вид, будто я этого не замечаю.

Когда, наконец, начальник стражи ушел, а за ним Илда, в зале остались мы с Мартой и Арденом.

Марта тоже уже собиралась к двери, когда я спросила:

— Вы ведь знали, что так будет.

Она остановилась.

Не сразу.

Очень ненадолго.

Но мне хватило.

— Да, — сказала она.

— И молчали.

— Да.

— Почему?

Марта перевела взгляд на Ардена.

Потом на меня.

И ответила неожиданно мягко:

— Потому что некоторые вещи женщина должна понять не из чужих слов, а в тот момент, когда сама решит, останется ли стоять.

Я смотрела на нее и не знала, хочется мне сейчас обнять ее или треснуть чем-нибудь за эту их вечную мудрость, которую выдают тогда, когда уже поздно.

Потом она ушла.

Как всегда, не оставив удобного финала.

Мы остались вдвоем.