Кухарка поневоле для лорда-дракона - Юлий Люцифер Страница 18

— …ты слишком многое ему позволяешь, — произнес женский голос.

Лиара.

Я узнала сразу.

— Я ничего не позволяю, — холодно ответил Арден.

— Весь замок уже шепчется.

— Пусть шепчется.

— Тебе все равно?

— Да.

Лиара тихо рассмеялась.

Без радости.

— Нет, Арден. Тебе не все равно. Иначе она до сих пор была бы на нижней кухне и не таскала тебе еду сама.

Я замерла с банкой в руках.

Так. Очень интересно.

— Ты пришла не за этим, — сказал он.

— Я пришла напомнить, что у твоего дома есть обязанности. У твоего имени есть обязанности. У твоей крови…

— Не продолжай.

В его голосе не повысился тон.

Но даже через стену я почувствовала, как похолодел воздух.

Лиара это тоже почувствовала, потому что следующая фраза прозвучала осторожнее:

— Если союз сорвется из-за безродной девчонки…

— Он не сорвется из-за нее.

— Тогда из-за чего?

Молчание.

Долгое.

Тягучее.

Потом Арден произнес:

— Уходи, Лиара.

— Ты думаешь, я не вижу?

— Мне все равно, что ты видишь.

— Тогда я скажу прямо. Она опасна.

— Да.

Я чуть не уронила банку.

Ничего себе.

— И ты все равно держишь ее рядом, — закончила Лиара.

— Именно поэтому.

Дальше я уже не слышала, потому что в кладовую внезапно вошел Рик.

Я дернулась так резко, что он уставился на меня с веселым изумлением.

— Воруешь сахар?

— Нет.

— Тогда что делаешь с таким лицом?

— Думаю, как тебя красиво придушить банкой.

— А, значит, просто работаешь.

Он оперся плечом о косяк.

— Марта велела отнести наверх поднос с фруктами. Я пошел искать поднос, а нашел тебя. Неудачный день.

— Уходи.

— Уже ухожу.

Но уходить не спешил.

Наоборот, скользнул взглядом по полкам, потом по мне.

— Слушай, Алина.

— Уже не нравится начало.

— Тебя правда милорд перевел сюда сам?

— Правда.

— И еду ему правда теперь готовишь ты?

— Иногда.

— М-м.

Я поставила банку на полку.

— У тебя есть конкретная мысль или ты просто пришел постоять красивым?

— Я красивый, это факт. Но мысль тоже есть.

— Какая?

Рик перестал улыбаться.

— Будь осторожнее.

— Как оригинально. У вас весь замок из этого состоит?

— Ты не понимаешь.

— Тогда объясни.

Он чуть подался ко мне.

— Люди, которые оказываются слишком близко к милорду, редко заканчивают хорошо.

— Это угроза?

— Это совет.

— От кого? От тебя?

— От человека, который вырос в этом замке и знает, сколько здесь тайн зашито в камень.

Я смотрела на него молча.

Он пожал плечами.

— Делай что хочешь. Просто не думай, что верхняя кухня — это удача.

— А что тогда?

— Видимость.

— Чего?

Рик криво усмехнулся.

— Безопасности.

Когда он ушел, я еще несколько секунд стояла неподвижно.

Потом закрыла дверь кладовой плотнее и медленно выдохнула.

Все лучше и лучше.

Лиара считает меня угрозой.

Арден сам это признает.

Слуги предупреждают, что быть рядом с ним — опасно.

И при этом никто не говорит, в чем именно дело.

Я потерла лоб.

Ненавижу недосказанность.

Она хуже открытой лжи. Ложь хотя бы можно поймать. А недосказанность живет в щелях и делает вид, будто ты сама все придумала.

К вечеру напряжение в верхней кухне стало почти осязаемым.

Не потому что работы прибавилось. Потому что пришло распоряжение готовить ужин для малого круга в западной гостиной.

А где «малый круг», там всегда кто-то важный, кто-то недовольный и кто-то, кому нельзя подать соус не той температуры.

Я работала молча.