Лейтенант спасательной службы. Игры профессионалов - Михаил Михеев Страница 35

— Умели же строить в старые добрые времена…

— Старые добрые времена – это когда трилобиты ползали? – не удержалась и съязвила мать. – Все, не стоим. Пора выводить это чудо из консервации да валить с планеты.

— Если только фрицы нас на старте не собьют, – не удержалась от комментария Марыся. – Противокорабельная оборона у них, сами знаете… Как там говорил ваш дремучий классик?

— Рожденный ползать летать не позволит, – рассмеялся Йозеф. Он, похоже, увидев корабль, моментально впал в эйфорию, и Алекс вспомнил бурчание одной из учительниц, выжившей, как все считали, из ума маразматички. Та все говорила, что в каждом мужчине живет ребенок, только игрушки все дороже. – Ага, пусть кто-то попробует объяснить это имперцам. Они его так отделают, что ползать будет не на чем! Кстати, а почему корабль здесь, а не на той базе? Проще же одну построить.

— Не знаю, – мать пожала плечами. – Я стратегией не занимаюсь. С другой стороны, армейцы на танках ездили, им на лесную живность плевать. Ладно, все. Готовимся к старту, и так уже много времени потеряли.

Выводить корабль из консервации оказалось на удивление просто. Запускаешь соответствующую программу – а дальше он все делает сам. Как объяснила мать, такая самостоятельность механизмов в Империи одно время была модной концепцией. Разрабатывалась мобилизационная техника на случай большой войны, когда не будет времени долго обучать людей. А значит, должна быть простой в управлении и уметь купировать ошибки экипажа. Логично, в общем-то – корабли-то наклепать можно, а людей не оживишь. Вот и получили на выходе максимально автоматизированный корабль, за пультом которого освоится любой комбайнер после недели обучения. Шутка, разумеется, но минимализм в рубке и в самом деле был потрясающий. Разумеется, через какое-то время концепция ушла, замененная более прогрессивной, а корабли остались.

Сейчас это пришлось как нельзя более кстати. Звездолет проводил штатную проверку механизмов и прогревал реакторы, а люди спокойно раскидывали вещи по каютам. Правда, места было немного, однако и пассажиров всего ничего. Учитывая, что экипаж звездолета составлял когда-то восемь человек и каждому положена была хоть крошечная, но собственная каюта, разместились все и даже локтями не пихались. Даже остался небольшой резерв – Изабелла, что логично, поселилась с матерью, а та, на правах главной, заняла капитанские апартаменты, отличающиеся чуть большими размерами и дублирующим пультом.

Но, конечно, здесь комфорт был совсем не тот, что на базе. Все же такой звездолет, да еще и старинный, вынужденно тяготел к минимализму. Алексу, когда он увидел узкий пенал с койкой, где нельзя было раскинуть руки, чтобы не коснуться пальцами стен, даже взгрустнулось. Помимо койки тут имелись маленький стол, табурет и такой же маленький шкаф. Плюс еще одна койка, вторым ярусом, которая сейчас была поднята и закреплена на стене. Все! Удобства – общие, хорошо еще, что не один унитаз и душ. Создатели немного компенсировали недостаток пространства большой кают-компанией. Жаль только, большой она была исключительно по меркам старинного звездолета. Для одного-двух человек большая, но всем вместе было уже тесновато. Учитывая же, что кают-компания была совмещена с камбузом… В общем, не стоит о грустном.