Ворона в гареме. Книга 1 - Коуко Сиракава Страница 44

— Пришла удостовериться. Мне ведь доверили женскую половину дворца.

Наложница самого высокого ранга была хозяйкой дворца, то есть Хуанян управляла всеми внутренними делами.

— Я рада, что смогла с тобой встретиться. Теперь я спокойна.

Она поднялась.

— А просить ничего не будешь?

Или это была просто уловка? Хуанян бросила на Шоусюэ быстрый взгляд и прошептала одними губами: «Завтра», – как будто не хотела, чтобы услышали прислужницы. И хорошо, если ее просьба не доставит никаких хлопот.

Хуанян повернулась спиной к Шоусюэ, свисток на ее поясе качнулся вместе с гроздью под ним. И почему-то взгляд Шоусюэ задержался на нем… Евнухи снова зажгли светильники, и процессия тихо ушла тем же путем, которым пришла сюда.

— Какая она красивая, эта госпожа Хуанян-нян, – подошла к хозяйке тихо сидевшая в уголке комнаты Цзюцзю. Шоусюэ все еще держала ее при себе.

— Сестрица Хуанян?

— Все во дворце обычно так ее зовут.

— Потому что она Хуанян?

— И поэтому тоже. Вы же видели у нее на поясе цветок-свистульку? Она всегда с ним ходит. Хотя это считается плохим предзнаменованием…

Такие свистульки обычно вешали под крышу дома в конце зимы, чтобы оплакать тех, кого не стало в текущем году. Считалось, что вместе с ветром, возвещавшим приход весны, возвращаются и умершие и приветствуют семью свистом. В цветах, вырезанных из драгоценных камней, сделанных из керамики или глины, оставляли отверстие для воздуха, и под порывами ветра раздавался тонкий высокий звук, словно птичье щебетанье.

— А почему она ходит с этой свистулькой?

— Никто не знает. И Хуанян-нян тоже не говорит.

— Надо же…

Какая странная наложница. То, что она ходит с цветком-свистулькой, само по себе загадочно, но Шоусюэ не уловила в ней и обычных для приходивших сюда женщин эмоций. Ощутила лишь дуновение свежего ветерка. Так она…

— Хуанян-нян все-таки не рассердилась, даже зная, что его величество продолжает ходить сюда, – восхищенно сказала Цзюцзю.

— Наверное, поняла, что он просто проводит здесь свободное время.

— Что вы, вовсе нет! Хуанян-нян может себе это позволить! Они ведь хорошо знакомы с его величеством.

— Наверное, если она наложница такого высокого ранга.

— Дело вовсе не в этом! Они друзья с детства! Хуанян-нян, кажется, старше его на три года.

— Друзья с детства?

— Она внучка канцлера Юня. Дом Юнь – одно из пяти благородных семейств и семи кланов. Канцлер – приближенный его величества еще с тех пор, как тот был наследником, поэтому внучка канцлера издавна была его подругой во всех детских развлечениях. Они с малых лет знакомы, поэтому Хуанян-нян столь великодушна.

Шоусюэ равнодушно кивнула. Цзюцзю разобиделась – вот и рассказывай ей после этого!

— Вам надо проявлять больше интереса к дворцовым делам!

Но Шоусюэ не интересовали отношения между обитателями женской половины дворца. Правда, свистулька Хуанян все-таки привлекла ее внимание. Отпустив Цзюцзю, Шоусюэ забралась в постель. Хуанян сказала ей: «Завтра». Интересно, что она собирается попросить?

На следующее утро Шоусюэ, проснувшись и встав с постели, отправилась на кухню как была, в спальном платье. Старуха-рабыня согнулась у очага, разжигая огонь. Рядом с ней Су Хунцяо резала листья омежника. Заметив хозяйку, она вежливо поклонилась. Шоусюэ решила оставить женщину у себя после того, как та поправилась. Объяснила она это своими опасениями по поводу того, что старая рабыня не сможет самостоятельно справиться с обязанностями. Шоусюэ подошла к стоявшему в углу кувшину, набрала ковшиком воды и перелила его в серебряный таз. Только она собралась отнести его к себе, сзади раздался голос: