Ворона в гареме. Книга 1 - Коуко Сиракава Страница 49

Не успела Шоусюэ ответить, как сзади раздался голос:

— Если хотите, можете взять с собой.

Это была Хуанян. За ней шло множество прислужниц, как и подобает даме высокого ранга. По приказу хозяйки служанка срезала ветку и вручила Шоусюэ. Шипы были удалены. Шоусюэ воткнула цветок в волосы Цзюцзю. Только что распустившиеся бутоны очень шли девушке. Та смущенно улыбнулась. Хуанян отдала следующую ветку Цзюцзю, и теперь та украсила ею Шоусюэ.

— Вам очень идет, госпожа!

Шоусюэ не могла увидеть цветы в своих волосах, но, прикоснувшись пальцами к лепесткам, поблагодарила:

— Спасибо. – Ей показалось, что пальцы ощутили тепло.

— Прошу, проходите, я вас провожу внутрь. – Хуанян указала на дворец, возвышавшийся перед ними.

Шоусюэ и Цзюцзю, следуя за ней, прошли по выложенной камешками дорожке. За ними потянулись прислужницы. Шоусюэ обернулась к галерее, которая соединяла дворец с соседним павильоном. Там сновали туда-сюда какие-то дамы. В руках они держали ящики.

— Это привезли купцы, – заметив взгляд Шоусюэ, пояснила Хуанян. – Там всяческие редкости из заморских земель: стеклянная утварь, серебряные подносы, пояса с камнями…

То есть подношения поставщиков двора. Хозяйка предложила полюбоваться редкостями, но Шоусюэ отказалась. Цзюцзю явно расстроилась.

Они вошли в покои Хуанян, и та, приказав прислужницам разбирать заморские товары, отослала их.

— Вы пришли по поводу свистульки? – спросила Хуанян, заваривая чай.

Под ногами лежал вытканный цветами ковер, а комнату разделяла роскошная парчовая ширма. Стол был покрыт тканью, на которой были вышиты утки-мандаринки.

— Я хотела узнать про Оу Сюанью, – сказала Шоусюэ, и помешивавшая отвар ложка в руке Хуанян замерла.

— Про Сюанью? И что же?

— Все что угодно. Все, что тебе известно.

Информацию о Подлунном старце она попросила добыть Гаоцзюня, а сама решила узнать больше о женихе Хуанян.

— Сюанью… Он был словно сосуд, в котором охлаждают кипяток, – глядя на горячий отвар, улыбнулась Хуанян. – Приветливый, нежный… В нем пылали страсти, но этот пыл никогда не обжигал других. Однако такой сосуд лишь недолгое время поддерживает нужную температуру. Вот и он так быстро ушел…

Хуанян зачерпнула чай, налила в чашку и дала Шоусюэ.

— Охлаждать кипяток полезно для здоровья, – сказала Шоусюэ и дунула в чашку.

Когда она не спеша отпила уже не такой горячий чай, ее окружил аромат, а тепло обволокло желудок.

— Он происходил не из знатного дома. Достиг успеха, выбился в чиновники, получив на экзамене высшую степень, цзиньши… Дед заметил его и отправил в провинцию Ли, чтобы Сюанью добился там успеха и продвинулся по службе. И Сюанью смело отправился в путь, сказав, что должен достичь высокого звания, чтобы жениться на мне. Нужно было его остановить. Зачем мне было его продвижение…

Голос Хуанян задрожал и прервался. За стеной пара ее лицо на миг искривилось, но она взяла чашку и одним глотком опустошила.

— Чай так не пьют!

Хуанян налила еще чашку и теперь, подув на нее, поднесла ко рту.

— Может быть, его душа заблудилась в провинции Ли? Он был умный, но такой рассеянный…

— Души часто заблуждаются, – сказала Шоусюэ, и Хуанян подняла на нее глаза, до того смотревшие в чашку.

— Правда? Значит, ей можно показать верный путь?

— Можно. Можно приманить ее и переправить в Благодатную землю.