Свет над Грозовым Створом - Алиса Миро Страница 53

Битва за омлет

Я спустилась на кухню.

Ключи на моем поясе звенели при каждом шаге: дзынь-клац, дзынь-клац. Тяжелый, властный ритм, от которого поварята вжимались в стены, а судомойки роняли тряпки.

​Мерца стояла у своего стола, как капитан тонущего корабля, который отказывается покидать мостик. Она скрестила руки на необъятной груди и смотрела на меня исподлобья. Ее лицо было красным — то ли от жара печи, то ли от злости, что ключи теперь у меня.

​Я прошла мимо нее, не замедляя шага и даже не повернув головы. Это был высший пилотаж корпоративной войны: полное игнорирование среднего звена.

Краем глаза заметила Лизу. Рыжая бестия крутилась у полки с вином, выбирая кувшин поизящнее. Она бросила на меня дерзкий, оценивающий взгляд.

Я лишь усмехнулась про себя.

«Выбирай, выбирай, милая. Вечером посмотрим, кто кого переиграет — твое декольте или мой ужин».

​Вышла на задний двор.

Здесь, в тени стены, ветер был особенно злым. Он швырял в лицо колючую снежную крупу.

Курятник притулился к стене конюшни — покосившееся деревянное строение, щели в котором были заткнуты грязной соломой.

​Открыла скрипучую дверь и шагнула внутрь. Запах ударил в нос: аммиак, гниль и сырость.

— Вентиляция отсутствует. Подстилка не менялась с прошлого лета, — прокомментировала я, прикрывая нос рукавом. — Это не птицеферма, это концлагерь.

​В полумраке копошились куры. Жалкое зрелище. Полулысые, с бледными, обвисшими гребнями. Они сидели на жердочках, нахохлившись, и даже не кудахтали. У них просто не было сил. В углу валялась пустая миска. Воды не было — только лед в поилке.

​— Бедные мои, — искренне пожалела я их. — Ни еды, ни воды, ни тепла. И от вас еще требуют яйца? Я бы на вашем месте давно объявила забастовку.

​Достала из кармана (вшитого в юбку, я гений!) мешочек с моим «магическим» овсом. Зерна были влажными, тяжелыми и теплыми. От них исходило слабое, едва заметное зеленоватое свечение — остаточный фон Vis Vitalis.

​— Ну, девочки, — сказала я. — Обед подан. Биодобавки премиум-класса.

​Высыпала горсть пророщенного зерна в кормушку.

Сначала реакции не было. Куры сидели в ступоре. Потом одна, самая смелая (или самая голодная), рыжая несушка с ободранным хвостом, спрыгнула вниз. Она недоверчиво клюнула зеленое зернышко.

​Замерла. Встряхнулась.

И вдруг начала клевать с такой скоростью, словно это была швейная машинка. Тук-тук-тук!

​Остальные, почуяв неладное (или учуяв запах жизни), посыпались с насеста как горох. Началась давка. Куры, которые минуту назад напоминали чучела, дрались за каждое зернышко. Перья летели во все стороны.

Я высыпала остатки.

​И тут магия вступила в реакцию с биологией. Я видела это своими глазами.

У рыжей несушки, которая наелась первой, гребень налился кровью, став ярко-алым, как мак. Она выпятила грудь, расправила крылья и издала громкое, торжествующее: