Ворона в гареме. Книга 1 - Коуко Сиракава Страница 53

— Хм, – произнес Гаоцзюнь, как будто речь шла о ком-то другом.

Не то чтобы он сам этого не осознавал. Его интересовала Шоусюэ. Настолько, что он даже спросил, не станет ли она его наложницей. Как и заметила тогда Шоусюэ, это было почти полусонным вздором. Интересно, о чем она сейчас думает? Одна в своем абсолютно темном дворце?

Такие мысли посещали его. Он взглянул на небо. Сквозь облака, подобные тонкому шелку, просвечивала луна. Бездонное черное-пречерное небо напоминало вороньи крылья.

Да, она одна. Сейчас при ней есть прислужницы, но до сих пор она жила лишь с рабыней, которая оказывала ей только самые насущные услуги. Она старалась скрыться от людских глаз.

— Кто же она – Ворона уфэй…

Его бормотание услышал Вэй Цин.

— Вы изволили что-то сказать?

— Нет, ничего, – ответил Гаоцзюнь и снова зашагал между розами. Вечер был тихим.

Инцидент произошел на следующий день.

В это время года дни были длинными. После первой стражи[5], когда синева неба понемногу становилась гуще, из дворца Мандаринок явилась посланница, видимо, очень спешившая – примчалась бегом. Редко бывает такое, чтобы прислуживающая наложнице дама бегала. Раз прислали не служанку низшего ранга и не евнуха, а личную прислугу, значит, дело срочное, но его хотелось бы сохранить в секрете, решила Шоусюэ.

— Нельзя ли попросить вас прийти во Дворец мандаринок? – не успев поклониться, спросила девушка.

— Что случилось?

— Дело в том, что… – Девушка закашлялась.

Цзюцзю поднесла ей воды. А Шоусюэ решила отправиться во дворец – это будет быстрее, чем выслушивать объяснения. Сегодня она не стала переодеваться, пошла в своем черном наряде. Под вечерним небом чернота одежд казалась еще более глубокой. Тонкий шелковый шарф Шоусюэ, словно усыпанный звездами, развевался, когда она спешила вперед.

— Надо что-то найти? – уточнила она у посланницы, решив выслушать ее по пути ко Дворцу мандаринок.

— Да. Это одно из подношений, полученных от торговцев.

Шоусюэ расслабилась.

— И в чем же дело? Я думала, случилось что-то серьезное.

Но посланница была все так же бледна.

— Это очень серьезно. Все эти вещи хранятся во Дворце мандаринок, но поскольку это подношения, то они принадлежат его величеству.

— Разве это не подарки для Хуанян?

— Его величество пожаловал их хозяйке. И если что-то пропало, ответственность понесут придворные дамы и прислужницы, которые их принесли.

— Ответственность?

Неужели смертная казнь? Вот почему девушка так бледна… Та добавила:

— К тому же пропала одна из дам.

— То есть она сбежала вместе с этой вещью?

— Неизвестно. По словам других дам, она не могла совершить такую дерзость. Вот только… – Девушка недоуменно покачала головой. – Говорят еще, что иногда она вела себя странно.

— Что значит – странно?

— Иногда казалось, что ее будто подменили.

Где-то Шоусюэ уже это слышала…

— Как будто вместо нее – другой человек?

— Да.

И что это может значить? Когда они прибыли во Дворец мандаринок, там стояла суматоха, дамы метались туда-сюда – то ли искали пропажу, то ли исчезнувшую прислужницу. Хуанян вышла из покоев и встретила Шоусюэ.

— Что пропало?

— Ваза. Медная ваза, запечатанная.

— Запечатанная?

— На ней была бумажная печать. В записях указано, что это ваза для метания стрел, для застольного развлечения. Внутри, кажется, ничего не было, и мы собирались открыть ее, испросив разрешения его величества.