Дикие сердца - Джессика Питерсон Страница 74

Я смотрю на нее. Любуюсь ее задумчивым выражением лица, нежными линиями шеи.

— Те из нас, кто любит это место…

— Действительно любит, – говорит она, глядя мне в глаза. – Как можно не любить? Если бы я не валилась с ног, я бы осталась здесь навсегда.

Я киваю на входную дверь.

— Звезды будут здесь и завтра. И послезавтра. Давай провожу тебя в дом.

— Это значит, что ты хочешь, чтобы я осталась? – Ее глаза сверкают в темноте. – Будь честен. Я знаю, что ты пытался меня напугать в тот день.

Улыбаясь, я пинаю гравий.

— Ты дочь Гаррета. Если ты будешь таким же хорошим боссом, как и он…

Она тоже улыбается и поворачивается к дому. Я сую руки в карманы и иду следом, мои шаги по ступенькам звучат гулко и ровно.

Не. Трогай. Ее.

Но. Я. Хочу.

Когда она поднимается на верхнюю ступеньку, то оборачивается. Я останавливаюсь, и мое сердце замирает.

— Спасибо, что выслушал, – говорит Молли. – Обычно я не доверяю свои тайны незнакомцам…

— Я не незнакомец.

Наши глаза встречаются. Пространство между нами наполняется электричеством. Взгляд Молли скользит к моим губам.

Черт возьми, Молли собирается меня поцеловать?

— Нет, – говорит она. – Ты не незнакомец.

Затем она встает на цыпочки и обнимает меня.

Я так ошарашен, что стою как идиот.

Я знаю, что это за объятия. Ее руки обхватывают мою шею, грудь и живот прижаты к моим.

Ей нравится контакт. Ощущение моего тела, прижатого к ее телу.

Ей хочется большего.

Желание вспыхивает во мне, кровь бурлит. Я готов дать этой девушке все, что она хочет. Не задумываясь, я прижимаю ее к себе еще крепче, утыкаюсь лицом в ее шею.

Даже после ночи, проведенной на танцах в «Гремучнике», Молли пахнет просто охренеть как классно. Сладость девчачьего шампуня и ее сексуальных духов.

— Давай не будем убивать друг друга, хорошо? – она переходит на едва слышный шепот.

Мой голос тоже меняется, когда я отвечаю:

— Я ничего не обещаю.

— Ты невыносим, ты в курсе?

— А то. Не было бы так весело, если бы я все упрощал.

Она фыркает, от ее дыхания шевелятся волосы на моей шее.

— Ты точно не из легких, Кэш.

Милая, поцелуй меня, и ты увидишь, каким я могу быть легким.

Ей нужно всего лишь попросить. Сделать шаг. И я уложу ее на спину и окажусь между ее ног за пару секунд.

Мой член напрягается при мысли о том, что она возбуждена. Если я засуну руку ей под юбку, что я там найду? Наверное, нелепые шелковые трусики.

И горячую тугую киску, набухшую после ночи танцев, прикосновений и флирта.

Я вздрагиваю – Молли отпускает меня, и наши глаза снова встречаются.

Она смотрит на меня.

Я смотрю на нее.

Я четко ощущаю свое сердцебиение – и дрожь в губах. Ее рот приоткрывается, обнажая белые зубы.

Я отчаянно пытаюсь вспомнить все причины, по которым целовать Молли Лак – плохая идея.

Пытаюсь – и терплю неудачу.

Но как раз когда я собираюсь пойти ва-банк, она отступает, поворачивается к двери и машет рукой.

— Спокойной ночи, Кэш.

Я успеваю крикнуть ей вслед:

— Запри дверь.

— Конечно, запру. Не хочу, чтобы ты вошел.

Стерва.

Но, черт возьми, мне это нравится.

Я стою, возбужденный. В полной боевой готовности. И чертовски раздраженный тем, что так бодр в пятничный вечер.

Провожу рукой по лицу и жду некоторое время. Слышу, как защелка входит в паз. Затем сажусь в пикап и еду домой.