Любовь - Дино Буццати Страница 86

Марчелло на мотороллере поехал вперед. Антонио и Лаида на машине держались у него в хвосте. При въезде в город они увидели, как Марчелло съехал на обочину – у него спустило колесо. Он оставил мотороллер в ближайшем гараже и пересел к ним в салон, кое-как уместившись на заднем сиденье среди чемоданов.

Завтрак втроем вышел напряженным. Антонио так и подмывало ляпнуть в адрес незадачливого юнца что-нибудь остроумное, но он боялся показаться самохвалом, этаким надменным индюком. Непросто было подобрать темы, комфортные для всех. Но вдруг Лаида начала поддразнивать Марчелло сама – возможно, чтобы небольшой комедией развеять подозрения Антонио.

— А вот вчера вечером, в субботу, чем занимался? Наверняка бегал за юбками, как обычно?

— Ну а как же, – ответил Марчелло, подыгрывая.

— И кто она? Говори, не стесняйся. Та блондинка, уже попадавшаяся мне с тобой?

— Почему обязательно блондинка?

— Ах, значит, брюнетка? Или рыжая? И кто же это? Хочешь, я угадаю?

— Угадаешь – тысячу лир твои.

— Продавщица из магазина сумочек – того, что под аркадами.

— Мимо.

— А, значит, ты был с Сабиной. Ты ведь больше никого не знаешь, сам говорил.

— Да Сабину я уже месяц не видел.

— Так кто же она? Новое увлечение?

— Может, и новое. А что такого-то?

— И она симпатичная?

— До тебя ей далеко! – Тут Марчелло подмигнул. – Но в целом ничего такая.

— Не хочешь ли ты сказать, что она – проститу…

Марчелло проворно поднес палец к губам.

— Стоп. Цензура.

Он осмотрелся вокруг – не услыхал ли их кто-нибудь из посетителей за соседними столиками. Но никто даже не обернулся.

Антонио сидел, все сильнее чувствуя себя не в своей тарелке. Он с нетерпением ждал, когда же проклятое рандеву закончится.

Но после завтрака Лаида ударилась в блажь – до отбытия в Милан ей непременно захотелось посмотреть фильм с участием знаменитого комика-американца. Она этот фильм уже один раз видела в Милане, но он был так хорош, так хорош! А когда кино хорошее – она готова смотреть его по десять или даже по двадцать раз.

К несчастью, дело было в воскресенье, и к пяти Антонио никто не ждал в Милане на работе. Марчелло, разумеется, тоже был свободен.

Они снова забрались в машину и поехали в кинотеатр, названный Лаидой. В пути, проезжая через какую-то площадь, она приметила в глубине ее афиши уже другого местечка для любителей кинематографа.

— Притормози-ка, – попросила она. – Что у них там показывают?

— Не знаю, – отозвался Марчелло. – По-моему, на афише ясно читается «поцелуй».

— Какой еще поцелуй?

— В уста, я полагаю. – Он сально ухмыльнулся. – Или ты предпочитаешь лобзания в другие места?

— А ну цыц, – сурово обрубила Лаида. – Я твоими каламбурами сыта по горло.

Они доехали до нужного кинотеатра и запарковали машину в тени, чтобы песику не было слишком жарко. Когда они вошли, вестибюль встретил их той первозданной пустотой, что присуща только что открытым заведениям. В зале тоже почти никого не оказалось. Они уселись на балкончике – Лаида в середине, мужчины по краям. Это был цветной фильм, для Антонио непереносимо идиотский. Будь даже он шедевром, впрочем – в сложившихся обстоятельствах он не смог бы воспринять его верно.

Лаида, однако, пребывала в восторге. Она смеялась над всем, причем показушно громко, ее веселье казалось почти что истерикой. Затем Антонио заметил, что Лаида взяла правую руку Марчелло в свою левую и сжала ее, как это делают влюбленные. Неужели она думала, что Антонио этого не заметил? Тем временем она продолжала внимать экрану, не переставая заливисто хохотать. Показывали историю о молодом человеке, вынужденном присматривать за тремя невыносимыми сорванцами – как водится, не своими детьми, – и играть роль няньки для них. Фильм для дошколят! Но сплетенные пальцы теперь покоились на коленях Лаиды. Хуже того: Лаида украдкой придвинулась поближе к Марчелло, прислонилась к его плечу.