Любовь - Дино Буццати Страница 95

— Нет, синьора, нет… И никто не звонил.

Хотя в доме стояла мертвая тишь, Антонио не смог расслышать, что было сказано на другом конце провода.

— О чем был разговор?

— Девушка только спросила, не приходили ли вы.

— Больше ничего?

— Ну, она только еще раз велела мне никого не впускать.

Маленькая мерзавка! Хочет ухищрениями выставить его за дверь? После всего, что он для нее сделал? Ну ладно, этот выход за рамки – последний для нее! Он, Антонио, определенно отведет на ней душу. Выскажет ей все по фактам – и прождет ее здесь хоть до завтрашнего утра!

Да, это – последний раз… Будильник, стоящий на этажерке, показывает без пяти одиннадцать. Он сидит на диване в гостиной. Свет зажжен. На верхней полке сидит огромная матерчатая утка – ее Антонио купил ей, когда она лежала в больнице. Тихо, как в гробу. Слышно, как проносятся машины снаружи; слышен говор включенного телевизора, показывают «Кофейню» по пьесе Карло Гольдони. Тереза отстраненным взглядом изучает экран, медленно текут минуты. Каждая минута – лишняя оплеуха, предназначенная Дориго; лишняя затрещина, добавочное унижение. Вот захрипел мотор холодильника… Пять минут двенадцатого. Антонио пристально разглядывает мебель, куколок, все эти маленькие детские безделушки – больше он их не увидит. На столе чадит рождественская свечка в подставке с узором из сосновых шишечек и ленточек. А Лаиды все нет. На холодильнике стоит соломенная корзинка, а в ней – игрушечная собачка; это тоже подарок в больницу. Но, конечно, зряшный подарок. Лаиде все хиханьки да хаханьки… Ей невдомек, что он чувствует. Над дверью висит ветка омелы, выкрашенная под позолоту. Когда, когда эта девчонка вернется? Снова звонок телефона – на этот раз трели не образуют зашифрованный сигнал, и Тереза берет трубку. По всей вероятности, это не Лаида.

— Нет, синьоры нет дома. Нет, думаю, завтра ей это не понадобится…

— В чем дело? – тут же настораживается Антонио.

— Это с телефонной станции – служащий, организующий побудку по телефону. Он спрашивал, нужно ли будет завтра будить синьору.

— Звучит как вздор!

— За что купила – за то и продаю, синьор. Видимо, этот человек знаком с синьорой каким-то образом…

Вот, Лаида и с телефонной компанией завела флирт, она, чего доброго, и свидания назначала этому служащему! Антонио возвращается на кухню и снова берет в руки «Микки Мауса». Он слышит, как у него за спиной Тереза выключает телевизор.

— Синьор, – говорит она, не показываясь ему на глаза, – я, пожалуй, лягу спать.

Полночь. Без пятнадцати минут час. Куда она запропастилась? Если она пошла в кино (она так любит ходить в кино!), то сейчас ей самое время вернуться. Дуралей! Какое там кино! Очень похоже, что ее не будет целую ночь. Ну и пусть, он сдохнет, но останется здесь до утра, он дождется возвращения этой шлюхи.

«Лаида, любовь моя, зачем ты так со мной?..»

В пятнадцать минут второго телефон звонит еще раз. Это она.

— Нет, синьора, – говорит Тереза, неизвестно почему еще не успевшая раздеться. – Да, но только я-то что могла с ним поделать? Поняла. Доброй ночи, синьора.

— И что она теперь сказала? – поинтересовался Дориго.

— Что приехала, хотела подняться в квартиру, но увидела у ворот ваш автомобиль.

— Значит, она не вернется?

— Нет. Она сказала, что устроится на ночь в какой-нибудь гостинице.